Элайджа слушал внимательно, не прерывая.
— Что касается Майкла, — продолжила я, — его можно убить колом из белого дуба, который он сам хранит при себе. Это единственное оружие, способное убить первородного. — я сделала паузу. — Но есть кое-что, что ты должен знать. Ваша мать, Эстер… она тоже своего рода жива.
Элайджа резко выпрямился:
— Невозможно. Никлаус убил ее после того, как она наложила на него проклятие… нам он разумеется сказал, что ее убил Майкл.
— Да, но она смогла сохранить свое тело… И последние тысячу лет она наблюдала с иной стороны, ожидая возможности вернуться и «исправить свою ошибку».
— Какую ошибку? — голос Элайджи был почти шепотом.
— Создание вампиров. Она считает вас всех… тем что нужно исправить. И однажды она попытается убить вас всех.
Джонас, который до этого момента молча наблюдал за нашим разговором, подал голос:
— Это невозможно. Даже самая могущественная ведьма не может жить так долго.
Я повернулась к нему:
— Она использовала связь с родовой линией ведьм Беннетов. Если вы не верите мне, спросите у Бонни про ее сны о сотне сгоревших ведьм.
Элайджа обменялся взглядом с Джонасом, затем снова сосредоточил внимание на мне. — Допустим, ты говоришь правду. Что ты предлагаешь?
— Альянс, — твердо сказала я. — Мы сотрудничаем, чтобы остановить Клауса от проведения ритуала, но не убиваем его. Вместо этого мы используем силу Бонни, чтобы временно «выключить» его, а затем освобождаем вашу семью. — я сделала паузу. — Ключевым словом является «семья». Если вы будете едины, вы сможете противостоять Майклу и Эстер.
Элайджа задумчиво потер подбородок:
— Это… амбициозный план. Но у меня есть вопрос — почему ты помогаешь нам? Почему не используешь свои знания, чтобы спасти только себя?
Я горько улыбнулась:
— Я не Елена, но я в ее теле. И я знаю, что она никогда бы не бросила своих друзей. Кроме того… — я заколебалась, — я видела, через что вам всем предстоит пройти. Столько боли, столько потерь. Если есть шанс изменить это, я должна попытаться.
Что-то мелькнуло во взгляде Элайджи — признание, возможно, уважение.
— Твое понимание жертвенности впечатляет, — сказал он. — Но не могу не задаться вопросом — что случится с настоящей Еленой?
Это был вопрос, который преследовал меня с момента пробуждения:
— Я не знаю. Возможно, она в моем теле, возможно… — я не смогла закончить. — Я надеюсь, что когда все это закончится, мы найдем способ вернуть каждого в свое тело.
В комнате повисла тишина. Наконец Элайджа встал:
— Я дам тебе свое слово, Светлана. Я буду защищать тебя и окружение Елены, пока мы работаем над этим планом. — он протянул руку. — Мы заключаем альянс.
Я поднялась и пожала его руку, чувствуя странную смесь облегчения и тревоги:
— Спасибо. Но нам нужно действовать быстро. Полнолуние через три дня, и Клаус скоро прибудет.
— Нам нужна стратегия, — сказал Элайджа. — И нам нужно решить, кому мы можем доверять.
Я кивнула:
— Дэймон и Стефан могут помочь, но они слишком импульсивны. И, я не хочу играть с ними в любовь. Бонни необходима для заклинания. А вот Кэролайн… не знаю… по-мне, так она слишком навязчива со своей заботой.
— Для начала, тебе нужна легенда, — сказал Элайджа. — Друзья Елены заметят разницу в поведении.
— Я скажу, что все из-за стресса, — предложила я. — Кроме того, я достаточно хорошо знаю их всех, чтобы сыграть роль Елены.
На лице Элайджи появилась легкая улыбка:
— Тогда приступим. У нас много работы и очень мало времени.
Я почувствовала, как адреналин смешивается со страхом. Я оказалась в центре истории, которую раньше только наблюдала со стороны. Теперь от моих решений зависели жизни людей, которых я знала только как персонажей.
— Есть еще кое-что, — сказала я, вспомнив важную деталь. — Для ритуала Клаусу нужна не только двойник, но и лунный камень.
Элайджа поднял бровь. — Где он?
— Думаю, он должен быть у Бонни и скорее всего она попросит помощи у Луки чтобы расколдовать камень. Они считают что так, камень будет не нужным и ритуал сорвется…
Джонас посмотрел на сына, — Бонни уже обращалась к тебе?
— Еще нет, — ответил Лука. — И что мне сделать, когда она обратиться?
— Соглашайся, — подытожил Элайджа, — сделай все, чтобы она поверила что вы расколдовали камень.
Парень кивнул.
— О, — вспомнила я, повернувшись на Элайджу. — Скоро тебя пригласят на ужин, в дом Сальваторе. Там будут Дженна, Джон Гилберт, братья Сальваторе, журналистка Деймона — Энди и Аларик… В общем, Джон привез клинок. Тот самый. И, они заколют тебя.