— Потом собаку усыпили, а хозяина разжаловали, — грустно продолжил Итан.
— Но она же спасла вам жизнь! — громко негодуя произнесла Фукс.
— По уставу — постовые собаки должны задерживать нарушителя живьем. Покалеченным или раненным, но живьем, — глубоко выдохнул Генри. — Как мы потом узнали, кто-то из высших чинов отдал приказ об отправке на пост боевой собаки. Он явно не смыслил в том, для чего они предназначены, скорее всего, просто черкнул наудачу. Больше нам собак на пост не отправляли.
— Это неправильно, — грустно произнесла Эмили.
— А боевые? — вдруг спросила Элис, ей захотелось узнать больше о меховых существах, что буквально недалеко радуются жизни.
— Для выполнения боевых задач и уничтожения сил противника. Их натаскивают не бояться выстрелов, отключают в них инстинкт самосохранения и учат убивать. А еще учат молчать. Они не должны подавать голоса без приказа, — подробно попытался объяснить Генри, вернувшись к своему обеду. — Эти, скорее всего, боевые, поэтому их обучают возле стрельбища. Не советую к ним подходить, кто знает на каком они этапе обучения.
После этого — разговор сошел на нет, все занялись поглощением пищи. На вкус для Элис еда оказалась просто безвкусной, словно из нее извлекли все, что могло хоть как-то возбуждать рецепторы языка. А может все дело в усталости, которая лишь сейчас медленно начала отходить, да и погода, что не прибавляла радости новобранцам.
Оставшееся время отдыха было посвящено светским беседам, где Эмили рассказала парням о том, как попала сюда, но умолчав о ее любопытстве насчет Krieg Korps. Генри же после школы по распорядительству корпорации был вынужден отправиться в полицейскую школу. По истечении которой его отправили на Сибирский конфликт, как военного полицейского, а по возвращении с него он долгое время пытался вернуться в мирное русло жизни. Не вышло, и он стал подавать документы в разные частные военные компании, которые каждый раз просто отодвигали его дело в долгий ящик.
Итан Вуд отправился на Сибирский конфликт из-за денег. У него была любимая, с которой он собирался играть свадьбу, но средств катастрофически не хватало. Пришлось взять кредит. Брать кредит у корпорации, это самая глупая затея, которая могла прийти им в голову. Ты буквально закладываешь все, имущество, работу, собственную жизнь, отдавая это с колоссальными процентами. Такое себе легальное рабство, как поговаривают среди обывателей. Свадьбу они сыграли, но погрязли в неустойках. Пришлось искать варианты. Так, он подписал контракт на отправку — на фронт. Спустя полтора года, ему сообщили, что его жена покончила с собой. Ее насиловали долгое время, пичкая наркотой, она как он узнал, стала просто живой собачкой какого-то богатея из корпорации, у которой они брали кредит. Вернувшись на родину, он отомстил, грязно и не думая о последствиях. Его посадили, но Krieg Korps выкупила его задницу и расположила в уютной и хорошей тюрьме. Золотая клетка, как он ее назвал. А потом предложили этот вариант.
Элис слушая всех их, даже не знала, что о себе и рассказывать. Спокойная школьная жизнь хоть и в опасном округе, но настоящие боевые действия были далеки от ее города. Пару раз в месяц или два, может, что и происходило, но в основном мелкие локальные стычки людей разных корпораций, о которых даже замалчивали в средствах массовой информации. Ей казалось, что рассказывать о ее школьных переживаниях было бы полнейшей глупостью. Поэтому лишь смогла рассказать о том, что ей вручили повестку вместе с дипломом об окончание школы. Глупо как-то это звучало для нее. У нее-то и проблем особо не было.
Оставшееся время они просто предавались молчанию, а вокруг кипела жизнь и диалоги, которые сливались для Элис в один белый шум. Сержант тоже, похоже, решил отдохнуть и уселся на один из пустых ящиков, на котором медленно и нерасторопно предавался обеду. “Сколько еще здесь сломанных людей? Может сержант такой, потому что с ним тоже что-то случилось в жизни?” — впервые задумалась Элис, глядя на спокойное лицо Мясникова. Девушка до конца отдыха так и не решится нарушить тишину между сослуживцами спросив о том, кто же такой сержант.
— Отдохнули? Мусор собрали и сложили в ящик! — Мясников, словно робот точно определял время, отведенное им для добровольцев, и, уже стоя перед сидевшими, кричал, отдавая приказы. Новобранцы нехотя вставали, возвращаясь в уже немного привычное выполнение приказам. Передышка и правда помогла многим восстановиться от усталости. Мусор летел в ящик, а сержант уже назвал десятку, которая должна приступить к тренировке. Полигон вновь озвучивался хлопками, разносящиеся по округе и клацающих звуков патронов входящих в магазин. Когда наступил черед Элис вновь стрелять, сержант корректировал ее стрельбу, стойку и самое главное нажатие на спусковой крючок.