Я тогда вернулась, как побитая собака от Медведева с чемоданом. И если раньше, женщина смотрела на меня с легкой неприязнью, то после… Если бы в нашем государстве еще, как в древности сжигали ведьм на кострах, то я бы уже давно там горела. Ее молитвами.
В общем, змея еще та. Именно таких в древности сжигали на кострах.
– Мне эта идея не нравится, но…
– Выбора у тебя нет, - кивает Мила.
– Ага. Так, что… Я тебе сообщением кину адрес и до скольки я буду. Только... Мне так не удобно, что вы будете меня ждать, не спать. И толком не отдохнув придется встать утром на учебу.
Милена недовольно качает головой, хмурится. Еще немного и из ее ушей пар пойдет.
– Не говори глупости, Лика! – насупилась, смотрит на меня из-под густых ресниц, что веером распушились на глазах. – Когда ты уже поймешь, что ты моя подруга, а друзья…
– Держатся вместе, - улыбаюсь.
– Да! – громко восклицает она. Потом вдруг поправляет на себе рюши на голубой блузке, что прекрасно оттеняет ее глаза и расплывается в счастливой улыбке.
Чего это она так засветилась?
Верчу головой по сторонам в поиске объекта радости подруги, когда сзади незаметно ко мне подкрадываются. Кто-то… касается большими ладонями моих предплечий.
С моих губ срывает вскрик, и вместе с тем я вздрагиваю. Сердце в пятки от страха уходит, пульс в висках отдает громким звоном.
Я оглядываюсь и вздрагиваю. Снова. Прижимая руки к груди, где сердце колотиться как сумасшедшее.
– Кир! – рявкаю сиреной. – Я тебя убью сейчас!
Вот же ж… Жук полосатая.
Богомолов, запрокинув голову назад ржет, его грудь от смеха заходится.
– У тебя совести нет, Кир!
Успокоившись, Кирилл поднимает перед собой ладони в защитном жесте.
– Прости. Я не хотел. Сильно испугалась?
– Да иди ты, - отмахиваюсь от него, все еще прижимая ладонь к груди. Сердце частит. – Я после твоих шуток либо заикой стану, либо мне потребуется психолог. А так как второе вероятнее всего, но ты сам мне его и будешь оплачивать.
– Без проблем, подруга, - улыбается Богомолов и подойдя к Миле, обнимает ее, привлекая к своей широкой груди. Ведьма льнет к нему ближе, прикрыв глаза, улыбается. И такая счастливая в этот момент, что меня саму это радость ударяет. Отчего уголки губ чуть подрагивают. – Ты как, моя королева?
Кирилл наклоняется и целует ее в макушку. Я, кажется, услышала от Милы сладостный стон.
Черт!
Мои щеки вспыхивают огнем, от того, что стала свидетелем такой нежной и чувственной сцены между друзьями. Не должна была, но стала.
Пора похоже удаляться мне, и не смущать ни их, ни себя.
– Ладно, я помчалась, - произношу. – Я кину потом адрес.
Милена приоткрывает глаза, смотрит на меня с шальной улыбкой, будто сметану слопала, или приворотное зелье создала. Она же Ведьма.
Прощаюсь с друзьями и бегу в общежитие.
К пяти часам я успеваю поделать все дела: у меня отглажена белоснежная блузка, сделан реферат, и даже наспех перекусила.
Через час я стою на кухне в ресторане, где сегодня проходит юбилей какого-то чиновника. Все люди богатые, и влиятельные. Именно поэтому пригласили на обслуживание нас, и даже будет чаевые сверху тех, что положены мне на смену.
Юбилей проходит спокойно, без каких-либо скандалов. В прочем это не удивительно, влиятельные же люди.
Отпускают нас во втором часу ночи. Я уставшая, без сил. Едва шевелю ногами. Несмотря на то, что сегодня я в балетках, ступни адски горят, а спина колом встала.
С моих губ срывается тяжелый выдох. Я прислоняюсь плечом к стене.
– Эй! Лика, ты как? – слышу возле себя голос Марины. – Ты кажешься бледной.
– Все хорошо, - отмахиваюсь. – Просто спина немного затекла. Почти шесть часов стоять не согнувшись, не разогнувшись.
– Тяжело, но зато заплатили нам сегодня много.