— Курт очень беспокоится о тебе.
— Я вполне здорова, и ему нечего беспокоиться.
— Тогда почему ты так меня встретила? — спросила Джоселин с раздражением. — И почему Курт не должен беспокоиться о тебе и Лиззи? Может, ты забыла, что она и его дочь? Я только потому и отдала ее вам, чтобы Курт был ей отцом!
Гонора нервно рассмеялась.
— Не вижу здесь ничего смешного. Что с тобой, Гонора? Я всегда была ведьмой, но ты…
Подошел официант и поставил перед каждой тарелку португальских устриц. Джоселин ела их с хреном и маленькими кусочками намазанного маслом хлеба. Гонора даже не притронулась к устрицам. Она молча сидела, барабаня пальцами по бокалу, ее бриллиантовое кольцо лучилось и играло.
Джоселин стало жаль сестру.
— Гонора, попробуй устрицы — они великолепны.
— Мне следовало написать тебе, Джосс.
— Не терзай себя. Я прекрасно понимаю, как тебе плохо.
— Да, мне очень тяжело.
— Тогда почему бы тебе не выговориться. Ты можешь рассказать мне все без утайки. Нет такой вещи, которую я не могла бы понять. Одному Богу известно, через что я прошла с Малькольмом!
— Ты все еще вспоминаешь его?
— Постоянно. Послушай, Курт — потрясающий мужчина. Что страшного в том, что он погулял на стороне?
Гонора внимательно посмотрела на сестру.
— Почему ты это говоришь? Ты что-нибудь знаешь?
— Что я должна знать? Просто не вижу никакой другой причины.
— У него есть сын, — сказала Гонора вдруг охрипшим голосом.
Джоселин выронила вилку.
— Что?
— В Марракеше я встретилась с младшим сыном Кристал…
— Ты познакомилась с сыном нашей сестры?
— Да. Его зовут Александр Талботт. Мы случайно столкнулись в старом городе. Нас с Лиззи напугал укротитель змей, и Александр выручил нас. Мы очень подружились с ним. Потом он мне кое-что рассказал.
— Не хочешь ли ты сказать… — Джоселин боялась закончить фразу.
Гонора вздохнула и кивнула головой.
— Александр Талботт — сын Курта.
— Курт и Кристал! — Джоселин подавилась и закашлялась. Официант подбежал к ней со стаканом воды. Джоселин продолжала кашлять, из ее глаз текли слезы.
— Курт подтвердил это? — спросила она наконец.
— Не сразу. Сначала он очень разозлился, обзывал Александра лжецом и негодяем, но затем, поразмыслив, согласился, что это возможно. — Гонора прикрыла рукой глаза. — У Александра его глаза. Точная копия.
— Но как он мог?
— Джосс, мне трудно говорить об этом. Мне становится плохо каждый раз, когда я представляю их вместе.
— Кристал ничуть не меняется, — с горечью заметила Джоселин. — Она всегда думает только о себе. — Она дотронулась до руки сестры. — Гонора, их роман еще продолжается?
— Он сказал, что все произошло случайно. — Гонора передернула плечами. — Послушай, это было бы смешно, если бы не было так печально. Меня тошнит, когда я представляю их вместе. Я бы могла простить ему кого угодно, но Кристал… Я знаю, что он спал с Имоджин, и это меня совсем не трогало.
— С Имоджин?
— Джосс, ты тогда была совсем маленькой и ничего не понимала. Курт был страшным повесой. Теперь я начинаю понимать Гидеона.
— Очевидно, Гидеон ни о чем не догадывался, иначе бы он выгнал Кристал.
— Я всегда испытывала к ней противоречивые чувства: любила и ненавидела ее. Снова любила и снова ненавидела. Мы как бы соревновались — если выигрывала она, то я теряла, и так было всегда.
Джоселин улыбнулась.
— Хорошо сказано.
— Слава Богу, мы перестали поддерживать отношения, и я решила, что моя зависимость от Кристал исчезла.
— Как все-таки странно: вы всегда были так привязаны друг к другу и так друг о друге заботились.
— Кристал никогда не заботилась обо мне.
— Неужели ты пришла к выводу, что между нами не существовало ничего, кроме соперничества?
— Это не относится к тебе, Джосс. Тебя я всегда искренне любила. Никогда не питала к тебе ни чувства ненависти, ни ревности.
— Как только Кристал могла?
— Джосс, у меня больше нет сил… Теперь ты понимаешь, почему я не могла оставаться с Куртом?
— Пожалуй, да.
— Если он хочет получить развод, я согласна. Скажи ему об этом. Сама я не в состоянии.
Официант посмотрел на нетронутую тарелку Гоноры, и она покачала головой, показывая, что не хочет есть.
Подали клубнику. Джоселин попробовала и закатила глаза от удовольствия.
— Каковы твои дальнейшие планы? — спросила она.
Гонора покраснела.
— Я ходила в агентство по найму. Они предложили мне работу по озеленению города. Я работаю с очень талантливой женщиной. Ты даже не представляешь, какие чудеса она делает!