— Ты мне не нужна. — выдал я, как только в моей голове промелькнули эти мысли.
— Тогда убей меня. Я все равно никому не нужна. Мою мать уже убили, и меня убьют, если ты не защитишь меня. — всхлипывая проговорила орчанка, — Кроме тебя, у меня больше никого нет.
— Мать-то за что? — удивился я.
— Потому что она стала и твоей матерью. — в этот момент орчанка уже не сдерживаясь заревела в голос.
Блин… Сказать мне нечего. Полез, блин, одним глазком взглянуть… Хотя, сколько я там убил орков? За тысячи счет перевалил уже давно. Но, то были воины, которые пришли ко мне на родину с войной. А тут… Считай невинная душа. Пусть я и очерствел, но ее мне было немного жаль. От нее теперь и свои отвернулись, что в среде орков очень, очень редкое явление.
— Я ни чем не могу тебе помочь. Умирать я не собираюсь. — пожал я плечами, — Просто живи своей жизнью. — предложил я.
— Ты дурак? — вдруг выдала орчанка, даже плакать перестала, видимо, я умудрился ее чем-то взбесить, — Ты мой муж! Я должна следовать за тобой, куда бы ты не пошел. Будешь убивать орков, я должна стоять рядом и прикрывать тебе спину, как бы мне не было от этого больно. Прыгнешь со скалы, я тоже прыгну. Куда ты, туда и я. Не хочешь чтобы я шла за тобой, просто убей меня и не мучай. — девушка распалялась все больше и больше. — Убить я тебя не смогу. Ты убил много сотен сильнейших шаманов, это просто не мой уровень. Либо я с тобой — либо я должна быть мертва. — закончила она и отвернулась в сторону.
— Значит так. — глубоко вздохнул я, — Мне вообще насрать на всех орков вместе взятых! Обряды там какие-то, духи, «мухи», вообще параллельно! Это твои проблемы! Хочешь смерти — валяй. Вон там есть отличный заповедник диких львов. — махнул я рукой в ту сторону, — Просто шею подставь. Не хочешь? Вон с той горы можешь скинуться! — тут же я указал на оговоренную гору, — Повторяю еще раз! Это. Твои. Проблемы.
— Слабак! — рыкнула орчанка и уставилась мне в глаза.
— Скажи это нескольким тысячам своих сородичей, которых я отправил к праотцам. Провокация, так себе. — фыркнул я.
— Ты очень сильный, неужели ты настолько слаб, чтобы убить еще одну орчанку. Тобой пугают маленьких орчат, даже у взрослых воинов при упоминании тебя портится настроение и они невольно стискивают рукоятки топоров. А ты, Великий Черный дух, не можешь прервать моей жизни. Ты ничтожен… — орчанка сплюнула в костер с отвращением глядя на меня.
— Уже лучше! — оскалился я, — Но все равно — слабо. — на орчанку было жалко смотреть, — Есть будешь? — тут же предложил я сбивая ее с мысли.
— Буду. — буркнула она поникнув.
Пока я разделывал тушку прожарившейся змеи, орчанка все это время молчала. Мясо у этих змей было на удивление вкусным, на эльфийских землях такого точно не найти. Там у нас змеи тоже водятся, но на вкус они как резиновые покрышки, как ты их не готовь и не сдабривай специями. А тут… М-м-м… Пальчики оближешь. А стоит этой крылатой змейке поджариться на костерке, ее нежнейшее мясо само сползает с костей. Сказка просто, слюной можно закапать весь слюнявчик. Хех. Пока я придавался ароматам и разделывал тушку на две части, орчанка подала голос.
— У меня есть двенадцать шкур медведей и три ящера. — проговорила она тихим голосом.
— Ам… — протянул я подавая ей тарелку с мясом без костей, — И что это информация должна мне сказать? — вскинул я бровь принимаясь за еду.
— Это мое приданное… — буркнула орчанка смутившись, — Когда мы будем строить свой шатер, эти шкуры нам пригодятся.
— А-а-а. — протянул я, — Ты опять за свое… — понятливо кивнул я, — У нас с тобой не будет никакого шатра.
— Мы будем всегда бродить? А дети? — с набитым ртом спросила орчанка.
— И детей не будет. — отрицательно качнул я головой прожевав, — По той простой причине, что никаких «нас» не будет. Ты сама по себе, я сам по себе. — снова набивая рот мясом закончил я.
— Ты очень сильный… Но глупый.
— Ого! С чего это вдруг? — ухмыльнулся я.
— Я твоя жена. Я не могу быть далеко от тебя, без тебя меня убьют. Ты должен защищать меня. — с немного наставительными нотками объяснила орчанка.
— Ты же сказала, что ты сильная. — ухмыльнулся я, — Значит защитишь себя. Во-вторых, лично тебе я ничего не должен. — и я снова принялся за еду.
— Ты мой муж. — проговорила орчанка так, словно бы сама себя уговаривала.