Глава 16
Немного пухленькая, но при этом невероятно миловидная девушка бежала по коридору, тихо всхлипывая и стирая со щек слезы. Кстати, последние совершенно не портили ее лицо. Это же надо уметь красиво плакать. У меня обычно от слез, глаза опухают, а нос краснеет, а бывает наоборот, или все одновременно и краснеет, и опухает. В общем, тот еще вид. Хорошо хоть плачу я редко. Но в такие моменты лучше никому на глаза не попадаться, а то еще испугаются. Девушка же бы так и пробежала мимо, так как из-за слез ничего и никого не замечала вокруг, но я не смогла остаться в стороне.
- Я вам могу чем-то помочь?
Услышав вопрос, незнакомка посмотрела на меня и уже через секунду бросилась ко мне на шею.
- Эйника. Эйника, почему они так с нами поступают? Мы же им ничего не сделали. Я так больше не могу. Я больше не выдержу.
Незнакомка горько плакала навзрыд у меня на плече. Судя по всему, она меня знала. Мне она также показалась знакомой, как внешне, так и по голосу. Вот только я никак не могла понять откуда. Пока я лежала в больничном отделении, точно ее не видела. При этом память настоящей хозяйки тела меня так ни разу еще и не порадовала воспоминаниями. Значит ли это, что я ее видела в одном из видений о прошлой жизни Эйники? Все может быть. Но в каком именно?
- Давай зайдем ко мне и ты все расскажешь?
Своим предложением, я хотела убить двух зайцев. Во-первых, узнать, как открываются двери, во-вторых, помочь девушке. Я, хоть не альтруист по призванию и складу характера, но оставаться в стороне, когда человеку плохо, считаю неправильным. И у меня, почти все, получилось. Во всяком случае, незнакомка начала успокаиваться.
Всхлипнув еще пару раз на моем плече, девушка отстранилась, согласно кивнув мне в ответ.
- Ты права. Не хочу, чтобы они видели, насколько мне больно.
И все бы ничего, но, вместо того, чтобы открыть эту злополучную дверь, студентка просто сделал шаг в сторону. Ну что за незадача.
- Э-э-э, у меня руки заняты, не откроешь?
По мере того, как я задавала вопрос, глаза моей собеседницы становились от удивления все шире.
- Я?
Уточняя, моя новая знакомая переводила несколько обескураженный взгляд с меня, на книги в моих руках и на дверь.
- Эйника, ты забыла, что дверь открыть может лишь хозяин комнаты, да и книги ты почему сама несешь? Они же тяжелые.
По мере задавания вопросов, девушка окончательно успокоилась. Ну что же, судя по всему, оставить в тайне то, что я ничего не помню и у меня нет магии, не удастся. Не то, чтобы я на это рассчитывала, но все же хотела хотя бы пару дней, ока буду обживаться в общежитии, провести в спокойной обстановке, когда на меня не будут смотреть с жалостью, как на смертельно больного и потенциальный труп, или тыкать пальцами и насмехаться. А в том, что будут делать и то, и другое, я не сомневалась.
- Забыла. Я многое забыла. А еще выгорела. Поэтому не могу использовать магию.
Охнув от услышанного, при этом закрыв рот обоими руками, моя новая знакомая посмотрела на меня как на умирающего щенка.
- Так это правда? Я слышала, что тебе досталось, но не думала, что настолько. И что ты будешь делать? Тебя же теперь исключат из академии.
- Еще не решила. Пока, мне сказали, вернуться к занятиям, а там видно будет. Так все же, как мне дверь открыть?
Покачав печально головой, незнакомка пошевелила пальцами и мои книги взмыли в воздух. И на этом спасибо. Все же они были не только объемными, но и тяжелыми.
- Только магией. В начале учебного года, за каждым студентом закрепляют комнату, дверь в которую, кроме него, никто не может открыть. Разве что комендантша. Это избавляет от многих проблем и неприятных ситуаций.
Ну хоть так.
- Кто она? Отведешь меня к ней?
- Ты и Абхазаровну не помнишь?
Видя ошеломленное лицо незнакомки, вместо ответа, я лишь пожала плечами. И тогда, в глазах моей собеседницы, появилось еще больше жалости. Если это возможно.
- Хорошо.
Идя вперед, при этом постоянно оборачиваясь ко мне и комментируя каждый поворот и все ступеньки попадавшиеся нам на пути, девушка вела меня по лабиринту коридоров академии, все время опускаясь вниз. Следуя за ней, я с трудом сдерживалась, чтобы не сказать, что потеря памяти никак не сказалась на моих умственных способностях и зрении, но терять проводника мне не хотелось. Мало ли, она же, наверняка, действует так из лучших побуждений. Поэтому вполне может обидеться. Я же рисковать потерей сопровождения не хотела и шла молча, лишь кивая головой в благодарность, показывая тем самым, что услышала очередную подсказку.