Наконец он остановился и сказал:
‒ Джонсон, спешу тебя обрадовать, ведь прямо сейчас у тебя назначена новая операция.
‒ Сэр, может все-таки позовем ещё кого-нибудь из персонала, чтоб было легче доставить пациента в операционную? ‒ сказала обеспокоенно медсестра.
‒ Уважаемая миссис Баттон, может вы прекратите вмешиваться в мой рабочий процесс? Или же вы считаете, что в ваши обязанность входит поучать врачей? Ваша задача менять утки и разносить таблетки. Вам все понятно работник младшего медицинского персонала Роуз Баттон? ‒ Ответил он с тем же невозмутимым видом.
‒ Да, мне все понятно. Я бы никогда не посмела. Вы как никак лучший врач больницы. ‒ Смущенно опустила глаза, пытаясь оправдаться.
‒ Я рад, что вы это понимаете, поэтому поставим на этом разговоре точку.
‒ Ну что, Джонсон, присаживайся. Или ты хочешь, чтоб тебе помогли? ‒ Криво усмехнулся врач, явно ожидая увидеть что-то интересное.
‒ Хмф! Нету ничего такого, чтоб я не смог сделать самостоятельно! ‒ Возмущённо ответил я. Слова врача немного задели меня, никто не посмеет мне помогать. Я всегда все делал сам, так было, так и останется.
Стиснув зубы, я начал медленно приподнимать корпус, это повседневное действие вызвало у меня много трудностей. Сломанные ребра давали о себе знать. Несмотря на мои попытки я снова упал на кровать. После этого медсестра подбежала ко мне хотя помочь, но рука Билла остановила ее. Вторая попытка увенчалась успехом, затем я с еще большими усилиями поставил ноги на пол. Во время всех этих долгих манипуляций с телом боль была неимоверная, но все же, я добился своего и даже попытался встать.
‒ Д-доктор ‒ это точно нормально? ‒ С искренним волнением в голосе спросила медсестра.
‒ Вы снова решили взяться за старое? Я абсолютно точно знаю, что я делаю. ‒ Ответив, Билл укоризненно посмотрел на нее
Спустя какое-то время мне все же удалось сесть на инвалидное кресло. Мое лицо было красным как у варенного рака, на нем даже проступили капельки пота. Это стоило мне больших усилий. Не каждый день приходиться терпеть такую боль. Одно дело боль, но меня ломало и слабость давала о себе знать. Мое тело потяжелело, как будто к каждой конечности привязали огромные гири. Эх… а недавно я себя на одной руке подтягивал не напрягаясь. Но ничего, я обязательно стану на ноги
Билл, который все это время стоял позади меня, покатил кресло и заговорил:
‒ У тебя сильная воля, да и желание подняться на ноги есть, раз несмотря на сильную боль, ты не только не попросил о помощи, так ещё не издал ни единого крика боли. Похвально, в какой-то степени я даже восхищён. После этих слов мы выехали из палаты и отправились в операционную. Посмотрев нам в спину, Роуз вздохнула и качая головой отправилась за нами.
*******************
Мы продвигались по белому коридору, у стен которого, можно было заметить разговаривающих друг с другом пациентов, а также ходящих между палатами, врачей и мед. сестер. Вскоре, мы достигли операционной. Нас уже ожидала группа врачей, все они одеты в одинаковые синие наряды с масками на лице. Всего четверо, трое мужчин и одна женщина, они подготавливали нужные инструменты для предстоящей операции. Врачи даже не обратили на нас никакого внимания.
‒ Это те же врачи, которые проводили твои предыдущие операции, можно сказать профессионалы своего дела. Правда, каждый из них на своей волне, поэтому не обращай внимания на их, местами, странное поведение. ‒ Как обычно в своей манере ответил Билл и подкатил коляску к операционному столу. Проходя через те же муки боли, я все же успешно смог на операционный стол. Врачи явно были возмущены происходящим беспределом и активном перешептывались между собой, то и дело злостно поглядывая на Билла, но никто так и не отважился высказать ему претензии в лицо. Про лучшего врача больницы медсестра не слукавила.
Кто-то из хирургов дал несколько указаний ассистентам, и вся врачебная братия окружила меня. В глаза впился свет включенной лампы, а ко рту приложили дыхательную маску для наркоза. Под собой я ощущал холодный, металлический стол, а сам я чувствовал себя лягушкой, которую хотят препарировать. Постепенно, мои глаза начали закрываться, и я провалился в пустоту.
**********************
Как же тяжело поднять веки. Может просто оставить это дело? Лучше буду и дальше спать, наверняка, операция уже закончена и мне просто нужно отдохнуть. Но почему так холодно, а тело почти полностью онемело, да ещё этот холодный ветер, который никак не хочет заканчиваться. Стойте! Что-то тут не так, неужели я снова?