1
Комната была похожа на поле боя после жестокой атаки. Осколки хрустальной вазы, подаренной Иринке на помолвку, поблескивали на паркете зловещими звездами. Книги с вырванными страницами, смятые фотографии, опрокинутый стул — каждая деталь кричала о боли, которая вырвалась наружу и разнесла все вокруг. Он сидел, прислонившись к стене, посреди этого хаоса, сжав кулаки так, что кости побелели. Его плечи были напряжены, а взгляд, устремленный в никуда, был пуст и страшен. Это была не просто ярость. Это было первое в жизни столкновение с предательством, которое обожгло его изнутри, оставив лишь пепел.
Я сидела напротив, на холодном полу, чувствуя, как леденящая волна вины подступает к горлу. Если бы я нашла в себе смелость сказать ему раньше… Но трусость всегда оказывалась сильнее. Я закрыла глаза, и память, как кинопленка, потащила меня вспять, в тот день, когда все началось.
***
Тогда, полгода назад, я летела за океан, полная наивных надежд. Приглашение от Иринки, моей подруги по модельной школе, стало счастливым билетом. Мы когда-то мечтали вместе на подиумах, но наши пути разошлись: я зарылась в учебники, а она, умело используя связи родителей, укатила в новую жизнь и нашла себе жениха.
В аэропорту меня ждал он. Крис. Его светлые волосы казались пойманным в ловушку солнечным светом, а улыбка была настолько открытой, что на мгновение перехватило дыхание. Он был воплощением обходительности, его забота ощущалась в каждом жесте, в том, как он взял мою сумку, как придержал дверцу такси. Меня поселили на втором этаже их роскошного дома, в комнате с огромным окном. Я наблюдала за ними с Иринкой — за их смехом, за их легкими прикосновениями — и искренне, до боли в душе, радовалась за нее. И тихо, глубоко внутри, гасила робкую, запретную искорку, которая загоралась в мне всякий раз, когда он смотрел на меня.
Тот вечер, вечер светского приема, должен был стать для меня лишь красивым фоном. Крис настоял, чтобы я пошла с ними. Я надела платье, чувствуя себя не в своей тарелке, и последовала за влюбленной парой, как тень.
Пока они окунулись в море знакомств и легкой светской болтовни, я отступила в тень, чувствуя себя чужеземкой с другой планеты. И именно тогда, отступая, я наступила на чей-то ботинок. Обернувшись, я встретила взгляд спокойных карих глаз. Мы заговорили, и на миг я забыла о своем дискомфорте, но тут же рука Иринки резко выдернула меня из этого пузыря.
-«Пойдем, Крис хочет тебя с кое-кем познакомить».
-«Ты меня на смотрины что ли привела?» — фыркнула я.
-«Он тебе понравится», — с уверенностью прошептала она.
-«Да с чего ты взяла, что он мне понравится?» — вырвалось у меня громче, чем я планировала.
Горячая волна стыда залила лицо. Передо мной, как из-под земли, выросли Крис и тот самый «кое-кто» — мужчина с лицом, знакомым по глянцевым журналам. Имя его вертелось на языке, но ускользало.
-«Познакомься, это Том. Том, это Энн», — представил Крис.
-«Вообще-то Аня», — поправила я, чувствуя, как горят щеки.- «Но на ваш манер и так сойдет».
Том улыбнулся, и в уголках его глаз собрались лучики смешливых морщинок.
-«Я очень постараюсь вам понравиться».
-«Извините, я не хотела вас обидеть», — пробормотала я.
-«Ну что вы, это даже весьма забавно», — парировал он.
Я метнула взгляд вокруг — Иринка и Крис бесследно растворились в толпе.
-«Чувствуете себя неуютно?» — спросил Том, его голос был низким и спокойным.
-«Первый раз на таком серьезном мероприятии. Не знаю, как правильно себя вести».
-«Как хотите, так и ведите. Понятие правильности у каждого свое», — он сделал паузу. — «Я, например, терпеть не могу эту показную любезность».
Его слова стали бальзамом на мою растерянность.
-«Странно», — улыбнулась я.
-«Почему?»
-«Ты… вы известный человек. Кажется, должны быть душой таких вечеринок».
-«Я люблю свою работу. Но не все ее… отрасли, скажем так. Давно здесь?»
-«Всего неделю».
-«То есть по окрестностям еще не прогуливалась?»
-«Нет. Есть предложения?»
-«Могу составить компанию. Если не боитесь маньяка-неудачника», — в его глазах плеснулся озорной огонек.
Он был мил, неопасен и становился долгожданным спасением. Глотком свежего воздуха после удушающей атмосферы, где мне приходилось скрывать свои истинные чувства к человеку, который принадлежал моей лучшей подруге.
-«Можно», — согласилась я.
-«Предлагаю начать прямо сейчас».
-«Разве тебе не надо быть здесь?»
-«Я уже свое отбыл. Можно и свалить. По-тихому».
Мы «сбежали». Он не стал звать такси, и мы просто пошли, куда глядят глаза. Город ночью был другим — загадочным и безмолвным. Мы болтали обо всем на свете, и его отношение было на удивление простым, без намеков и двусмысленностей. Зашли в крошечное кафе, где пахло корицей и свежей выпечкой, пили кофе, и он довез меня до дома на своем автомобиле.