Когда музыка стихла, друзья вернулись к нам. Я тут же утащила Таню в сторону.
— Что это было? — прошептала я, сгорая от любопытства.
Подруга загадочно улыбнулась, ее глаза все еще сияли.
— Он... он очень классный, — призналась она, и по ее щекам разлился румянец. — Гораздо глубже, чем кажется.
— А то я не знаю! — фыркнула я. — Слушай, а давай закажем русскую песню? Надо разрядить обстановку.
Таня оживилась.
— Слушай, у меня с собой есть флешка с русскими треками! Там и «Нервы», и «Серебро», и даже Барских.
— Так давай парней попросим решить этот вопрос? А то диджей нас пошлет куда подальше.
— Давай!
Наши уговоры увенчались успехом, и через несколько минут в клубе гремела родная музыка. Мы с Таней отрывались как в последний раз, выплескивая всю накопившуюся энергию. Парни сначала смотрели на нас с недоумением, но затем, поддавшись общему настроению, присоединились. Еще несколько коктейлей — и наша компания начала потихоньку расползаться. Мне пришлось буквально тащить Криса домой — он перепил больше всех, хотя я тоже была далеко не в идеальной форме. В итоге мы оба рухнули без сил в гостиной и провалились в сон.
Я проснулась на диване с тяжелой головой. Крис валялся на полу и как раз начинал приходить в себя.
— Блин, давно я так не отдыхал, — прохрипел он, садясь и потирая виски.
— Угу, — буркнула я, с трудом открывая глаза. — А который сейчас час?
— Обед, кажется.
— У кого-то рабочий день уже в разгаре, — съехидничал он.
— Я сегодня выходная, — заявила я, натягивая на себя плед.
— Начальство решает, когда у тебя выходной, — парировал он, пытаясь сохранить серьезность. — И начальник просит сходить за минералкой.
— Персонал не в состоянии работать в таком состоянии, — простонала я, зарываясь лицом в подушку.
— Тогда начальник всех уволит к чертям собачьим, — заявил он, и в его голосе прозвучала игра.
Я с неохотой приподнялась на локтях.
— Что сразу увольнять? Ладно, иду я, иду.
Совершенно разбитая, я выползла на улицу. Свежий воздух немного протрезвил меня. Дойдя до магазина, я купила воды и медленно пошла обратно, пытаясь прийти в себя. Погруженная в свои мысли, я не сразу обратила внимание на происходящее позади. Внезапно раздался оглушительный визг тормозов, а затем — душераздирающий скулеж. Я обернулась и застыла от ужаса: посреди дороги лежала небольшая собака, а люди на тротуаре смотрели на происшествие с оцепенением. Автомобиль, сбивший ее, разворачивался, явно намереваясь скрыться. Сердце упало. Бедное животное скулило и истекало кровью. Без единой мысли в голове я рванула к нему. Рядом остановилось такси. Не думая о последствиях, я схватила окровавленного пса на руки и впрыгнула в машину.
— В ветеринарную клинику! Быстро! — выдохнула я водителю.
Время спрессовалось. Я не думала ни о чем, кроме спасения этой маленькой жизни. Доставая деньги, я положила их на переднее сиденье.
— Ваша? — коротко спросил таксист, кивая на собаку.
— Нет, — прошептала я, прижимая к себе дрожащий комочек.
Он улыбнулся и мягко сказал:
— Заберите деньги. Помогать нужно бескорыстно.
Я, не в силах спорить, забрала купюры. Через несколько минут мы были в клинике. Пса сразу забрали на осмотр. Я осталась сидеть в холодном холле, вся в крови, растрепанная и напуганная. Шок начал отступать, и я почувствовала, как по телу проходит дрожь. Зазвонил телефон — Крис.
— Тебя, что, только за смертью посылать? Где ты? — в его голосе звучало раздражение, смешанное с тревогой.
— Я… в ветклинике, — выдавила я, чувствуя, как голос срывается.
— Что ты там делаешь? — он мгновенно насторожился.
— Собаку сбили на улице… я… я отвезла ее сюда.
— Где клиника? — его тон стал собранным и жестким.
Я объяснила адрес. Он пообещал быть через пятнадцать минут. Как только я положила трубку, слезы хлынули сами собой. Я сидела в уголке на скамейке, тихо плача от пережитого ужаса и беспомощности.
Из кабинета вышел молодой ассистент врача.
— Девушка, ну что вы, — сказал он мягко. — С вашим другом все будет хорошо. Сможете забрать его через пару дней.
Я благодарно улыбнулась сквозь слезы.
— Спасибо. Я могу его увидеть?
— Он еще под наркозом, но ненадолго зайти можно. А я пока налью вам валерьянки, — он подмигнул и ушел.
Я зашла в кабинет. Ветеренар перевязывал уже загипсованную лапу.
— Крепкий малыш, — сказал он, не глядя на меня. — Ваш?
— Не совсем. Я просто оказалась рядом.
Врач улыбнулся.
— Побольше бы таких случайных прохожих. Он обязан вам жизнью. Щенок породы бигль, месяцев пяти, в целом здоровый и крепкий парень.
— Мне сказали, я могу забрать его через пару дней?
— Да, конечно.
— Спасибо вам огромное.
— Подождите меня в коридоре, у меня для вас кое-что есть.