Он доел десерт, они расплатились и вышли на улицу. Ночь была теплой, океан тихо шумел в темноте, а звезды высыпали на небе так густо, будто кто-то рассыпал сахарную пудру.
— Пройдемся? — предложил Лиам, кивая на пустынный пляж.
— Давай.
Они сняли обувь и пошли босиком по песку, держась за руки. Прохладная вода накатывала на ноги, и Энни вздрагивала каждый раз, но не отпускала его руку.
— Знаешь, о чем я еще думал? — спросил Лиам, глядя на горизонт.
— О чем?
— О том, что хочу сделать тебе предложение не когда-нибудь, а тогда, когда ты будешь готова. Когда перестанешь бояться. Когда поверишь, что я не исчезну, не предам, не сделаю больно.
Энни замерла. Он говорил о том, о чем она думала минуту назад. Будто читал ее мысли.
— Откуда ты...
— Я вижу, — просто ответил он. — Я вижу, как ты иногда смотришь на меня, будто ждешь подвоха.Будто в любой момент я могу превратиться в кого-то другого. В того, кто сделает больно.
Энни замерла, чувствуя, как песок холодит пятки. Она хотела возразить, сказать, что это не так, но слова застряли в горле. Потому что он был прав.
— Лиам, я...
Она чувствовала, как внутри все сжимается. Не от страха перед ним — от страха перед собой. Перед своей неспособностью просто поверить и отпустить прошлое.
— Я знаю, что ты не Крис, — выдохнула она, глядя куда-то в сторону океана, потому что смотреть ему в глаза было невыносимо. — Я это знаю. Каждой клеткой, каждым нервом. Но этот страх... он въелся в меня так глубоко, что иногда я сама не понимаю, где заканчивается он и начинаюсь я.
Лиам молчал. Слишком долго молчал. Энни почувствовала, как напряжение между ними начинает загустевать.
— И что ты предлагаешь? — спросил он наконец, и в его голосе впервые за весь вечер проскользнули холодные нотки. — Мне что, каждый день доказывать, что я не он? Сдавать экзамены на доверие?
— Я не это имела в виду, — она повернулась к нему, встревоженная его тоном.
— А что? — он отпустил ее руку и отошел на шаг. — Потому что я, знаешь ли, тоже устал. Устал чувствовать, что меня постоянно сравнивают с ним. Что каждое мое слово взвешивают, каждый поступок проверяют на искренность.
— Лиам, ты не понимаешь...
— Чего я не понимаю? — перебил он, и в его голосе зазвенело раздражение. — Того, что у тебя был тяжелый опыт? Я понимаю. Я все понимаю. Но сколько можно? Когда я перестану быть для тебя "не Крисом" и стану просто Лиамом?
Энни отшатнулась, будто он ударил ее. Внутри все похолодело.
— Ты не представляешь, каково это — жить с постоянным страхом, что тебя снова предадут, — выдохнула она. — Ты не был там. Не чувствовал этого.
— Нет, не был, — согласился он, и его голос стал жестче. — Но знаешь что? Я тоже имею право на свои чувства. И мне больно, когда ты смотришь на меня и видишь его. Когда я чувствую, что между нами всегда стоит этот призрак.
— Я не вижу в тебе его! — воскликнула она, но в голосе уже звучали слезы обиды. — Я просто боюсь!
— Боишься меня? — он посмотрел ей прямо в глаза, и в этом взгляде было что-то, чего она раньше не видела — усталость и горечь.
— Нет! — она замотала головой. — Не тебя. Того, что...
— Что я однажды сделаю тебе больно? — закончил за нее Лиам. — Значит, ты все-таки ждешь этого. Ждешь, что я сорвусь, предам, стану таким же, как он.
Наступила тишина. Тяжелая, гнетущая, наполненная словами, которые уже нельзя вернуть. Океан шумел где-то рядом, но теперь его шум казался не успокаивающим, а равнодушным.
— Я не это хотела сказать, — прошептала Энни, чувствуя, как земля уходит из-под ног.
— Но сказала, — ответил он тихо. — И дело не в словах, Энни. Дело в том, что я чувствую это постоянно. Этот невидимый барьер. Эту оглядку. И я устал.
Он отвернулся, глядя на темный океан. В лунном свете его профиль казался высеченным из камня — красивый, но чужой.
— Может, нам действительно не стоит торопиться, — сказал он после долгой паузы. — С планами на будущее. С разговорами о доме и детях. Может, тебе нужно время, чтобы разобраться в себе, без меня.
— Что? — Энни показалось, что она ослышалась. — Ты сейчас серьезно?
— Я серьезно, — он повернулся к ней, и в его глазах была боль, которую она сама туда поселила. — Я люблю тебя. Очень. Но я не могу жить в тени прошлого, которое не я создавал. Не могу постоянно доказывать, что я достоин доверия. Это выматывает.
— Лиам, пожалуйста... — она шагнула к нему, но он отступил.
— Не надо, — мягко сказал он. — Давай не сейчас. Давай просто поедем домой. Выспимся. А завтра... завтра поговорим.
Энни смотрела на него и чувствовала, как внутри все рушится. Тот самый страх, который она носила в себе годами, сейчас делал именно то, чего она боялась больше всего — разрушал то, что было между ними.