Лиам вернулся через минуту с водой и присел рядом, его рука тут же легла на ее колено под столом — успокаивающее, защитное прикосновение.
— Ты дрожишь, — тихо сказал он, вглядываясь в ее лицо. — Что он сказал?
Энни сделала большой глоток воды, стараясь унять дрожь в руках.
— Ничего особенного. Просто... провоцировал. Пытался вывести из себя.
— О чем он говорил?
Она подняла на него глаза и поняла, что не может соврать. Не ему.
— Он заметил, что я что-то скрываю. Сказал, что я изменилась, что веду себя странно, прикрываю живот... — она сглотнула. — Лиам, он что-то подозревает.
Лиам напрягся, но внешне остался спокойным. Только челюсть чуть сжалась.
— Пусть подозревает. Это ничего не значит. У него нет доказательств.
— Но если он начнет копать...
— Он ничего не найдет, — твердо сказал Лиам. — Потому что мы не дадим ему ничего найти. Все документы в порядке, сроки мы скорректировали, врачи молчат. Даже если он что-то заподозрит — это останется только подозрениями.
Энни хотела верить. Очень хотела. Но взгляд Криса, который она чувствовала даже сейчас, прожигал спину.
— Энни, посмотри на меня, — Лиам взял ее лицо в ладони. — Мы справимся. Слышишь? Я не позволю ему испортить этот вечер. И нашу жизнь. Никогда.
Она кивнула, чувствуя, как его уверенность передается и ей.
— Я знаю. Просто... он умеет нажимать на больные точки.
— Потому что он хищник, — жестко сказал Лиам. — А хищники всегда ищут слабые места. Но мы не дадим ему их найти. Ты сильная. Мы вместе. Помнишь?
— Помню, — прошептала она.
Он поцеловал ее в лоб и встал.
— Я сейчас вернусь. Нужно сказать пару слов дяде Тому, он уже полчаса меня ждет. А ты сиди здесь, отдыхай. Если Крис снова подойдет — сразу зови меня. Договорились?
— Договорились.
Он ушел, а Энни осталась за столиком, наблюдая за праздником. Люди смеялись, танцевали, произносили тосты. Дедушка Артур сидел в центре зала, окруженный внуками и правнуками, и сиял от счастья. Нормальная, теплая, живая семья.
И где-то там, у стены, стоял Крис и смотрел на нее. Но теперь она не отводила взгляд. Смотрела прямо на него, показывая, что не боится. Что он больше не имеет над ней власти.
Он первый отвел глаза. Усмехнулся чему-то своему и отвернулся к компании кузенов.
Энни выдохнула. Маленькая победа. Но победа.
Через час, когда праздник был в самом разгаре, Лиам подошел к ней и протянул руку.
— Потанцуешь со мной?
Она улыбнулась и вложила ладонь в его. Они вышли в центр зала, и Лиам обнял ее — правильно, надежно, так, что весь мир перестал существовать.
69
— Ты — лучшее, что было в моей жизни, — прошептал он ей в волосы, пока они медленно кружились под музыку. — И я никому не дам тебя обидеть.
Чуть позже, когда праздник начал потихоньку затихать, а дедушку Артура уже увезли домой, в зале образовалась группа молодых родственников, активно обсуждавших продолжение вечера в каком-то модном клубе в центре Мельбурна.
— Лиам, вы с нами? — крикнул кузен Бен, уже изрядно веселый. — Там отличная музыка, потанцуем!
Лиам вопросительно посмотрел на Энни. Она улыбнулась, но он увидел то, что было скрыто от других — тени под глазами, легкую бледность, едва заметное напряжение в плечах.
— Мы, наверное, пас, — ответил он за них обоих. — День был долгий, Энни устала.
— Ой, да ладно! — махнул рукой Бен. — Посидите часок, выпьете по бокалу...
— В другой раз, — твердо, но мягко сказал Лиам. — Обещаю.
Бен пожал плечами и ушел догонять остальных. Леони, услышав разговор, подошла к ним.
— Правильно, езжайте домой. Отдыхать нужно. Завтра увидимся.
— Спасибо, мам, — Лиам поцеловал ее в щеку. — Это был чудесный вечер.
В машине Энни откинулась на сиденье и закрыла глаза.
— Прости, что испортила тебе вечер, — прошептала она.
— Ты ничего не испортила, — твердо ответил Лиам, сжимая ее руку. — Клуб — это не мое. А вот быть с тобой — всегда.
Она улыбнулась, но улыбка вышла слабой. Внутри уже поднималась знакомая волна — тошнота подступала к горлу, и чем ближе они были к дому, тем сильнее становилось желание просто лечь и не двигаться.
Когда они вошли в прихожую, в доме горел свет. Из кухни доносились голоса — Леони и Люк, судя по всему, вернулись раньше и теперь пили чай, обсуждая прошедший вечер.
— Я налью тебе воды, — сказал Лиам, помогая Энни снять туфли. — Посиди здесь.
Но Энни уже поняла, что не досидит. Волна тошноты накрыла с головой, и она, зажав рот рукой, бросилась в сторону кухни — ближе всего была раковина.
Она влетела на кухню, даже не успев подумать о том, кто там находится. Леони и Люк замерли с чашками в руках, наблюдая, как Энни согнулась над раковиной и ее выворачивает наизнанку.