Ресторан оказался маленьким и уютным — с деревянными столами, живыми цветами на подоконниках и запахом свежего хлеба. Энни села у окна, взяла меню, начала листать.
— Что посоветуешь? — спросила она.
— Я бы взял ризотто с грибами, — сказал Крис, не глядя в карту. — Здесь оно идеальное.
— А если я не люблю грибы?
— Тогда ты живёшь неправильную жизнь, — серьёзно сказал он.
Она улыбнулась, заказала пасту с креветками и лимонный пирог на десерт. Крис взял ризотто и кофе. Они сидели друг напротив друга, и это было странно — спокойно, почти нормально. Как будто между ними никогда не было боли, скандалов и долгой ночи, когда она плакала в подушку.
— Спасибо, — сказала Энни, когда подали еду. — За сегодня. Я не ожидала... что мне будет хорошо.
Крис поднял на неё глаза. Внутри что-то кольнуло — не боль, не обида. Что-то другое, чему он не давал названия.
— Я рад, — сказал он просто. — Ты заслуживаешь хороших дней.
Энни опустила взгляд в тарелку и начала есть. Крис смотрел на неё — на то, как она накручивает пасту на вилку, как откусывает маленькие кусочки, как подносит ко рту, прикрываясь салфеткой. Она была красивой. Не той холодной красотой, которая бросается в глаза, а той, тёплой, от которой хотелось смотреть и смотреть.
Крис отогнал эту мысль и взялся за свою тарелку.
— Ты сегодня много фотографировала, — заметил он, чтобы нарушить тишину. — Для Лиама?
Энни замерла на секунду, потом кивнула.
— Да. Он просил показывать, где я была. Чтобы чувствовать, что он рядом.
Крис сжал вилку, но виду не подал.
— Хороший парень, — сказал он ровно. — Заботливый.
— Лучший, — ответила Энни, и в её голосе прозвучала такая уверенность, что Крис почувствовал укол ревности.
Он промолчал. Допила кофе, отодвинул чашку.
— Ещё пирог?
Энни покачала головой.
— Нет, я уже наелась. Давай лучше поедем. Я что-то устала.
Он кивнул, расплатился, и они вышли на улицу. Вечерний Мельбурн обдал их прохладой — солнце уже клонилось к закату, и воздух стал свежее.
— Спасибо ещё раз, — сказала Энни, садясь в машину. — Честно. Ты мог сегодня быть козлом, но не был.
— Козлом? — Крис усмехнулся. — Ты говоришь комплименты как оскорбления.
— Это моя суперсила, — она зевнула, откинулась на сиденье и закрыла глаза.
Крис завёл мотор и выехал на дорогу. Сначала всё было нормально — Энни полулежала с закрытыми глазами, убаюканная мерным гулом мотора и теплом салона. Но через десять минут он заметил, что она побледнела. Её рука, лежавшая на колене, сжалась в кулак, а дыхание стало прерывистым.
— Энни? — он бросил на неё быстрый взгляд. — Ты в порядке?
— Да, — ответила она тихо, но голос прозвучал неуверенно. — Просто... что-то не так.
Она прижала руку ко лбу, потом к животу. Лицо её стало сероватым, под глазами залегли тени.
— Останови, — попросила она вдруг. — Пожалуйста, останови.
Крис тут же включил поворотник и прижался к обочине. Не успела машина полностью остановиться, как Энни открыла дверь и её вырвало — прямо на газон, в жидкую грязь под старым платаном.
— Чёрт, — выдохнул Крис, выскакивая из-за руля. Он обогнул машину, опустился рядом с ней на корточки, не зная, что делать. — Энни, что с тобой?
Она отстранилась, вытерла рот тыльной стороной ладони. Дрожала всем телом.
— Не знаю... то ли устала, то ли нервы, то ли токсикоз... Врач говорила, что может начаться в любое время.
— Токсикоз, — повторил Крис, чувствуя, как холод скользит по спине. Он слышал это слово, но никогда не сталкивался с ним вживую. — Что делать? Воду? Лекарства?
— Воду, — слабо сказала она, снова сгибаясь от приступа тошноты.
Крис метнулся к машине, достал из рюкзака бутылку, открыл её. Вернулся, протянул. Она сделала маленький глоток, поморщилась, но выпила.
— Помогло? — спросил он, глядя на её бледное лицо.
Она покачала головой.
— Не очень. Но хоть не вырвало обратно.
Они сидели на обочине — она на корточках, он рядом, не зная, куда деть руки. Крис чувствовал себя беспомощным. Он мог управлять компаниями, выигрывать переговоры, делать так, чтобы люди боялись его. Но здесь, на мокрой траве, с женщиной, которую тошнило от его же ребёнка, он был никем.
— Позвонить Леони? — предложил он, доставая телефон. — Или врача?
— Не надо, — Энни тяжело дышала, пытаясь прийти в себя. — Не хочу, чтобы они волновались. Довези меня до дома. Там... там я справлюсь.
— Ты уверена?
— Уверена.
Он помог ей подняться — поддерживал за локоть, чувствуя, как она дрожит. Энни не отстранилась. Может, потому что была слишком слаба. Может, потому что в этот момент ей было всё равно, кто её держит.