Правда, выяснилось, что отвезти меня в город может только Крис. Лиам, мягко говоря, не был в состоянии садиться за руль после вчерашнего, а остальные успели «употребить» сегодня. Надо отдать Крису должное — он не мучил меня пустой болтовней, и мы доехали почти в полном молчании.
Доехав до кафе, он вышел вслед за мной и внимательно окинул взглядом фасад.
— Значит, здесь ты работаешь? — переспросил он, как бы закрепляя в памяти.
— Да. Спасибо, что подвез. Я побегу!
Я быстро заскочила внутрь, переоделась в форму и встала на кассу. Однако Крис, видимо, решил провести время с пользой. Заказав кофе и пару булочек, он устроился за столиком прямо напротив кассы. К нему даже вышел директор заведения, не удержавшись от возможности пообщаться со знаменитостью. Они о чем-то беседовали, а моя смена подходила к концу, а Крис все сидел, словно вкопанный.
— Мы закрываемся, — сообщила я, подходя к его столику.
— Я в курсе, — он отпил последний глоток остывшего кофе.
— И чего ты ждешь?
— Я отвезу тебя домой.
— Я сама прекрасно дойду, — попыталась я возразить.
— Уже достаточно темно. Не упрямься, я довезу.
Поняв, что от него не отделаться, я сдалась. Он довез меня до дома Лиама и, к моему удивлению, бесцеремонно проследовал за мной прямо до квартиры. Я открыла дверь, он зашел следом.
— Тебе пора, — заявила я, поворачиваясь к нему.
— Я не уйду, — упрямо ответил он, снимая куртку.
— Что ты вообще хочешь, Крис?
— Я хочу помириться. По-настоящему.
— Это бесполезно. Слова ничего не изменят.
Он схватил меня за руку, и его пальцы были удивительно теплыми.
— Тогда я сделаю все, чтобы мои слова снова имели для тебя вес. Я верну твое доверие.
— Я не хочу, чтобы ты что-то «делал»! — попыталась вырваться я. — Хватит уже действовать!
— Ты просто боишься самой себе признаться, что хочешь дать мне шанс, — его голос прозвучал тихо, но уверенно.
— Хватит решать за меня! — вспылила я.
— Успокойся. Давай просто поговорим. Спокойно. Я прошу.
Я замерла, глядя на него. В его глазах не было привычной насмешки или высокомерия — лишь усталая решимость.
— Ты серьезно хочешь поговорить обо всем, что произошло, «спокойно»? — я иронично оглядела его с ног до головы. — Может, мне стоит просто выставить тебя за дверь, как это когда-то сделал ты, когда я умоляла тебя просто поговорить?
— Может, и стоит, — согласился он, к моему удивлению. — А может, в моих словах найдется что-то, что... успокоит ту боль. Я очень на это надеюсь. Я прошу. Всего один разговор.
Я тяжело выдохнула. Он не отстанет. Это было ясно как божий день.
— Ладно, — сдалась я. — Давай попробуем. Пошли в гостиную.
Я прошла в комнату, забралась на диван и поджала под себя ноги, создавая невидимый барьер. Он сел в кресло напротив. Мы не стали включать свет, и комната тонула в полумраке, освещаемая лишь мерцающими огнями ночного города за окном.
— Я знаю, что оправдываться сейчас — бесполезно, — начал он, глядя куда-то в пространство между нами. — И брать всю вину на себя — слишком легко и очевидно. Я не для этого пришел. Я пришел, чтобы сказать... что я понял. Понял, насколько ты стала для меня дорога. И что я готов на все, чтобы снова заслужить твое доверие. Я не прошу прощения одним махом. Я прошу... возможности. Просто дай мне шанс его доказать. Не отталкивай меня с порога. Пожалуйста.
Я всматривалась в блеск его голубых глаз, которые светились даже в полутьме, и в голове невольно всплыли строчки из старой русской песни:
«И пропадает в миллионах навек...
Когда-то самый дорогой человек...
Правда — слишком глубокая рана...
Забывать друг друга пора нам».
Он продолжал говорить, а я слушала, и где-то глубоко внутри что-то таяло. Чего он ждал? Что я брошусь ему на шею, рыдая, и все будет как прежде? Соврать, если скажу, что этого не хотелось, — нельзя. С течением времени чувства действительно начали брать верх над обидой. Но что-то цепкое и рациональное внутри не давало бездумно ринуться в этот омут снова. И все же... его слова, его упорство, эта новая, зрелая решимость — вселяли какую-то смутную, но живую надежду.
— ...Решение за тобой, — закончил он, и в комнате повисла тишина.
— Хорошо, — наконец выдохнула я. — Я... постараюсь не послать тебя сразу куда подальше.
На его лице расцвела облегченная, почти мальчишеская улыбка.
— Спасибо. — Он поднялся. — Я сейчас пойду тогда. Дам тебе пространство.
— Весьма мудрое решение. Давай.