Но он был настойчив и потянул за руку.
— Пойдём, всего один танец.
Управлять телом было сложно, и я рассмеялась, сдаваясь.
— Ладно, ты и мёртвого уговоришь.
Он обнял меня, и я просто положила голову ему на плечо, потому что держаться на ногах было нелегко. Он прижался щекой к моему виску, и мы медленно кружились на месте, почти не двигаясь с места. Мне даже показалось, что я на секунду провалилась в сон, как вдруг услышала громкий, пронзительный возглас Тани:
— Крис!
Чьи-то сильные пальцы впились мне в запястье и резко дёрнули. Через несколько секунд я сообразила, что это Крис и тащит он меня к выходу. Сзади промелькнул Эванс, но вмешаться он не успел.
Хемсворт был не просто зол. Он был в ярости, какой я никогда не видела. Его лицо искажала гримаса бешенства. Добравшись до машины, он рывком открыл дверь и буквально швырнул меня на пассажирское сиденье. Я застыла, боясь пошевелиться, сердце колотилось где-то в горле. Впервые я видела его в таком состоянии и не знала, чего ждать дальше.
Всю дорогу до его дома царила гробовая тишина. Голова кружилась с невероятной силой, я почти ничего не соображала. В квартиру он втолкнул меня так же, не выпуская руку из стального захвата. Я не сопротивлялась — на это просто не было сил.
Как только дверь с грохотом захлопнулась, он с силой толкнул меня на диван.
— Что?! — его голос гремел, сотрясая стены. — Что это было, а?! Ты какого хрена себе позволяешь?!
Я молчала, вжавшись в спинку дивана.
— Я тебя спрашиваю, что это было?! — он стоял надомной, сжимая кулаки.
— Мы танц… танцевали, — прошептала я, чувствуя, как язык заплетается. — Просто танцевали. Прости…
— Обжимались! — прошипел он. — В открытую, не стесняясь! Вы решили из меня посмешище сделать?!
Он сделал шаг вперёд, и я инстинктивно отшатнулась.
— Значит, так. Ты сейчас же едешь собирать вещи. У тебя есть два часа. А потом ты будешь сидеть здесь и ходить только туда, куда я разрешу, и с кем я разрешу. Это ясно?!
Я молча кивнула, сглотнув ком в горле.
— Время пошло!
Но я не могла пошевелиться, парализованная страхом и остатками алкоголя.
— Встала и пошла! Быстро!
И тут во мне сработал какой-то древний инстинкт самосохранения. Пошатываясь на каблуках, я выпорхнула из его квартиры. К подъезду как раз подъезжала машина Эванса — видимо, они решили за мной вернуться. Навстречу выбежала Таня.
— Он тебя трогал? Ты в порядке?
— Мне надо домой, — бормотала я, не видя её лица. — Собрать вещи... Мне надо собрать вещи.
Подруга усадила меня на заднее сиденье. Парни спереди сидели с испуганными лицами.
— Ты цела? — тут же спросил Лиам.
— Отвезите домой, — односложно ответила я, глядя в одну точку. — Мне вещи надо собрать.
— Какие вещи? Ты вернёшься сюда? — его голос дрогнул.
— Да. Мне надо собрать вещи. У меня есть два часа.
Лиам попытался что-то объяснить, но я не слышала ни слова. Белый шум в ушах заглушал всё.
— Она в шоке, — резко оборвал его Эванс. — Ей бесполезно что-то объяснять. Давай просто сделаем, как она просит.
— Я не повезу её обратно к этому психу! — закричала Таня.
— Это их отношения! — парировал Эванс. — Если она не вернётся, будет только хуже.
— Это я виноват, — с горькой досадой прошептал Лиам.
— Потом будете разбираться, кто виноват! — отрезал Эванс, запуская двигатель.
Лиаму потребовалась вся его воля, чтобы послушаться. Приехав ко мне, они быстро собрали всё, что смогли найти, и, набив сумки, помчались обратно.
Крис ждал у подъезда. Увидев машину, он молча подошёл, вытащил меня из салона и, не глядя на остальных, поволок за собой. Он тащил меня как тряпичную куклу, как провинившегося щенка. Зрелище было отвратительным и унизительным. Лиам дёрнулся с места, но Эванс грубо оттянул его назад.
— Сиди.
— Я не могу на это смотреть!
— Ты сделаешь ей только хуже! Сиди!
Таня разрыдалась на заднем сиденье. Позже парни отвезли её домой и вернулись в квартиру Лиама. Обоим требовалось прийти в себя и успокоиться.
Я лишь обрывками осознавала, что происходит. Ребята привезли мои вещи, Крис забрал сумки, отнёс их в комнату и туда же затолкал меня. Телефон он выхватил из рук.
— Телефон оставь, пожалуйста, — слабо попыталась я возразить.
— Зачем? — его смех прозвучал ядовито. — Лиамушке позвонить, пожаловаться? Или, может, сразу его сюда привести?!