– Неужто многовато нарожала? Или соскучился по жизни одинокого морского волка? – продолжала разведчица и, пользуясь осязаемостью мебели в отношении себя, уже не стеснялась запрыгивать на столы, софы и прочую утварь сверху, меняя позиции, чтобы супруг не успевал её задеть.
– Или меч пообещал, что от женщин отбоя не будет, как во времена пылкой юности? Не прошёл ты проверку временем, совсем не прошёл! – злость мешалась с азартом, отгоняя скорбь.
Как же безумно хотелось встряхнуть его и вызвать в нём хоть какой-то отклик. Но тень супруга оставалась равнодушной к её словам. Ни на секунду в его глазах не проглядывало даже искорки былого взрывного темперамента. После свадьбы Ада с особым удовольствием любила злить супруга, хотя делала это весьма тонко, направляя его гнев в весьма приятное русло. Все последствия его ярости она встречала с торжествующей улыбкой тореадора, получившего и яркое шоу, и свою безоговорочную победу.
– По всем кораблям прошёлся? Всех разведчиков ухайдокал? Или подлодку на десерт оставил? Ну так молодец, поздравляю! – рявкнула она, когда во время одного из выпадов меч Смерти отсёк прядь её волос, заставив сердце на миг замереть.
«Пожалуйста, покажи хоть что-то! Дай мне надежду, что мне есть кого спасать! Прошу! Мне хватит мига!» – кричали в противовес злым словам её мысли.
Линкор в последнем рывке наращивал свою скорость. Остановка обещала стать по-настоящему жесткой. Примерно на уровне крушения самолёта.
– Всё будет как в твоей голубой мечте, мой грозный адмирал. На борту подлодки наши сыновья! – выкрикнула она, уже на пределе сил парируя тяжёлые удары. Защищаться от клинка мёртвых становилось всё труднее и труднее. – В каком порядке планируешь их убить? Или отдашь на расправу команде?!
Очередной неровный рывок линкора вперёд стоил Аде равновесия. Она всё же упала на колени. Этот шаг подвёл черту в их дуэли. Череда грубых ошибок в попытке одновременно сквозь скачку встать и держать оборону лишила разведчицу малейшего шанса для манёвра. Два лезвия скрестились. Спина марсианки оказалась придавлена к частично порубленному столу Барбароссы. Положение безвыходное. Преодолевая последние капли сопротивления, Диего неумолимо приближал к горлу Ады скрещенные лезвия их сабель. Ещё пару сантиметров, и вывернутое запястье откажет в службе, и одним резким рывком одно из лезвий её прикончит. А то и оба сразу. Вот и всё. У сказки о грозном адмирале и Марсианском Демоне проклёвывался новый финал.
– Знаешь, в таком положении трудно собраться с мыслями, так что, может, начнёшь уже поддерживать диалог? – сдавлено пробормотала она, понимая, что отбиться и отвлечь призрачного противника нет ни единого шанса, как и выползти из такого капкана.
Гильотина из двух лезвий опустилась предельно низко. В руке что-то хрустнуло, обдав болью. Лишь опыт учебки помог преодолеть естественный рефлекс и удержать руку в том же положении. Ещё пара секунд выиграна.
«Надеюсь, что этого достаточно, чтобы защитить детей!» – правый глаз пекло подступающими слезами.
– Значит, всё… – выдохнула она, понимая, что сил на сопротивление больше не остаётся. – Я… я люблю тебя, Диего. Запомни хоть это…
Безумно хотелось зажмуриться и пропустить худшую часть, но Ада упорно смотрела в лицо призрачному супругу, несмотря на слёзы застилающие глаза. Меч Смерти остановился у самого горла. Разведчица почувствовала, что противник замер. Не отпускал, но и не пытался убить. К дуэли присоединился третий?
Сердце стучало непривычно медленно или пропускало каждый второй удар. Она боялась вздохнуть, когда заметила то, на что и не надеялась. Сквозь маску фото-негатива и лишенные эмоций глаза болванчика Ада увидела своего любимого супруга. На несколько безжалостно коротких мгновений он как-то пробился наружу.
– Диего, – прошептала она.
Он разлетелся на части, как тогда в пещере, вновь оставив её одну и в слезах. Следом линкор дёрнуло так, что сомнений не оставалось – на всей мощности двигателей суперкораблика они вписались в берег, устроив экстренное изгнание всех призраков. Правда, это понимание пришло после того, как силой рывка разведчицу швырнуло через всю каюту. Ада лишь в последний момент сгруппировалась и поднялась на ноги, отделавшись лёгким испугом, несколькими гематомами, разбитой губой и десятком ссадин с ушибами.