— Я все удивляюсь, как Хэйли согласилась принять нас, — сказала Барбара, когда они свернули с главной дороги во владения Стронгов. — Эта женщина невзлюбила меня с первого же знакомства, когда твой отец представил меня ей. Она упрекала меня за каждую простуду Франка, даже за аллергию, приступы которой нередко случались с ним. «Если бы ты кормила моего мальчика, как надо, — говорила она, — и содержала дом в чистоте, то он не был бы так восприимчив к цветочной пыльце и другим возбудителям аллергии».
Кэрли уже не первый раз слышала подобные рассказы. Любовь и понимание Вэлли помогли Барбаре порвать с Франком Стронг, а потом и предать забвению время, прожитое с ним.
— Хэйли даже как-то упрекнула меня, что Франк стал полицейским из-за меня. Хотя я познакомилась с ним, проехав на красный свет, и он уже тогда был полицейским.
— А если бы она знала о нем все? — спросила Кэрли.
— Был бы кромешный ад, — согласилась Барбара.
Кэрли вырулила к белому грузовику с названием фермы по бокам и, выключив мотор, остановила машину. Она сидела за рулем, закрыв глаза, и думала об Андреа. Перед ней возникали картины одна ужаснее другой.
Повернувшись к Барбаре, она сказала:
— Я не стала бы подвергать тебя такому тяжкому испытанию, если бы оставалась хоть какая-то другая возможность.
— Не делай вид, что тебе легче, чем мне, — откликнулась Барбара.
Они направились к дому, не замечая импозантную фигуру, стоявшую за решетчатой перегородкой, пока не взошли на веранду.
— Я же сказала твоей матери, что вы зря тратите время, — Хэйли Стронг обращалась к Кэрли, делая вид, что здесь нет Барбары.
Кэрли пристально посмотрела на мрачную фигуру за перегородкой и ее захватила волна неудержимой решимости, во что бы то ни стало, уговорить бабушку помочь ей.
— Может быть и так, бабушка, но когда твое дитя умирает, ты обязан перепробовать все, что возможно.
С нарочитой, показной неохотой Хэйли открыла им дверь.
— У меня мало времени, — сказала она. — Через пятнадцать минут я выступаю по телевидению.
Бросив быстрый оценивающий взгляд на внучку, Хэйли повернулась и пошла вперед по коридору.
— Не стоит открывать гостиную на пятнадцать минут, — произнесла она с крайне уничижительной интонацией.
Кэрли и Барбара переглянулись и последовали за Хэйли. Она завела их в небольшой кабинет и указала на два стула с прямыми спинками, стоявшими у дальней от стола стены. Сама же устроилась за столом напротив, взяла карандаш и концом с ластиком начала водить по большому пальцу. Помолчав несколько секунд, она сказала:
— Я жду.
Кэрли открыла сумочку, достала несколько листов бумаги и положила их на стол.
— Я знала, что если буду говорить без доказательств, вы мне не поверите.
Хэйли, немного помедлив, потянулась за документами. Через несколько секунд она положила их обратно — без объяснений они пока бессмысленны.
— Полагаю, за этим что-то должно последовать?
Кэрли сглотнула — у нее пересохло в горле.
— Доктор, который сказал Джону, что данные его и брата Стива быть донором для Андреа не лучше данных любого местного жителя, не знает одной генетической детали — их брат является отцом девочки.
Недовольство Хэйли сменилось крайним раздражением.
— Ты, маленькая колдунья, как ты смеешь обвинять моего сына в таких вещах.
Она встала так быстро и резко, что стул, на котором она сидела, с треском отлетел к стене. Хэйли, указывая пальцем на дверь, закричала:
— Вон отсюда!
— Нет, я не уйду пока не получу то, зачем пришла, — сумела выговорить Кэрли, вся дрожа от того, что после стольких лет молчания наконец решилась высказать вслух всю правду о том, что отец изнасиловал ее.
Где же ослепляющая молния? Где же раскаты грома?
— Если вы сейчас же не уберетесь отсюда, я вас вышвырну вон сама.
Кэрли встала, собрала со стола бумаги и положила их в карман. Потом, опершись кулаками о стол, подалась вперед и угрожающе близко придвинулась к Хэйли.
— Если сейчас я вынуждена буду уйти без вашего согласия на то, что Джон и Стив пройдут не позже завтрашнего утра тестирование, мне придется немедленно обратиться к репортерам, чтобы опубликовать эту историю во всех местных газетах. Подумайте, неужели вы действительно хотите, чтобы люди узнали каким на самом деле был ваш сын?