Авель предупреждал! Ведь он предупреждал её! Она не услышала тогда, а сечас... Сейчас всё случилось, как он говорил.
Она носилась по миру от храма к храму. Разрушенных больше не было, но везде царили запустение и разруха. Истлевшие цветы и подношения, толстый слой пыли, местами прохудившаяся крыша. И статуи изображавшие её и когда то так любовно омываемые цветочной водой, где то валялись, скинутые с пьедестала, где то стояли потрескавшиеся, в пыли. И ни души в окрестностях. Её дети покинули благие места, отвернулись от неё. В созданном ею мире, созданные ею существа отреклись от неё, забыли, забросили её святыни, а лучший и любимый её храм разнесли и камня на камне не оставили.
Она вернулась к своим умирающим хранителям, села, прислонившись спиной к одному из тех, кто утратил жизнь и застыла.
Было бы так просто уничтожить этот мир вместе с существами, населявшими его. А когда ей перестанет быть грустно создать другой, более совершенный и надёжный. Но она вдруг поняла, что не сможет. Не сможет уничтожить то, что так любила, во что вложила душу. Её идеальный мир осыпается прахом и она ни чего не могла с этим поделать. Ну и пусть. Значит таков будет её исход. Её дети решили всё за неё, похоронив свою любовь к ней под злобой и жестокостью. Понимание того, что в ней не нуждаются и всё, чему она учила забывается или уже забыто, обездвижело её. Она просто сидела, глядя на деревья и капля за каплей растворяла себя в пространстве, надеясь хоть так спрятаться от разочарования и горечи постигших её.
Появление Авеля она пропустила. Ни каких сигналов не было, а значит барьеры некогда установленные ей растворились и то , что он безпрепятственно вошёл в её лес, в обитель хранителей, в её святая святых, говорило о том, что и её самой осталось не так уж и много.
Он подошёл, сел прислонившись спиной к тому же дереву так близко, что их руки соприкасались. Ита не повернулась, не чем не выдала того, что заметила его появление, продолжая постепенно растворять себя.
А ведь он победил. И пусть оба поединка были проиграны, но в итоге он получил то, чего так хотел. Ещё один мир с ещё одной бесконечной войной. Она только надеялась, что сознание растворится до того, как он начнёт радоваться своей победе. А услышать фразу: " Я же говорил" - стало бы совсем невыносимо.
Авель удивил. Он долго сидел рядом молча, потом развернулся и каснулся её лба. Ита не сразу поняла, что случилось. Просто вдруг капли, которыми она отдавала себя, перестали растворяться в пространстве, собрались и вернулись обратно к ней. Ита молчала, безропотно принимая и это. Спрашивать ни о чём не хотелось. Вообще ни чего не хотелось. Ну что ж, если так, то пусть будет так. Это было не смирением, это было равнодушием к своей дальнейшей судьбе.
- Я всё понять не могу - подал голос Авель - Почему ты? Из всех возможных, сильных, горячих, достойных и вдруг ты... - он помолчал - Я не испытываю радости от того, что происходит с твоим миром и мне совсем не нравится видеть тебя такой. И я вдруг понял, что и твой мир мне без поединка, не нужен. Не потому я вернулся.
- Он и мне не нужен - прошептала Ита - И я ему не нужна. Они уничтожили мои храмы, прокляли священный лес, отвернулись от меня. Теперь они твои. Отпусти меня, а?
- Нет! - зло рявкнул Авель. И повторил уже спокойно - Нет. Мне они не нужны, а вот ты... Я же говорил, что заберу тебя себе. Поединок! Я вызываю тебя на поединок!
Ита молчала, а Авель сидел напротив, на коленях и сверлил её взглядом. Она так надеялась, что ей всё же удастся уйти, раствориться, но нет. Он накрепко заблокировал её. Она не могла не призвать, не выпустить пространство. Смирившись, она посмотрела ему в глаза и тихо сказала:
- Мне не за что биться.
- То есть...- протянул Авель и глаза его сузились - то есть... Ты. Признаёшь. Поражение.
Он не спрашивал, он утверждал выделяя каждое слово.
- Скажи - потребовал он - Скажи это вслух. Громко.
Ита устало вздохнула, отвела взгляд.
- Вот это вот сейчас к чему?
- Скажи - почти прорычал он в ответ.
- Я, Ита. Я признаю поражение - сказала она. Но видимо не достаточно громко, потому что Авель вдруг приблизился к ней вплотную, ухватил рукой прядь рыжих волос и почти касаясь её губ своими, уставившись в её глаза полыхающим взглядом почти прошептал:
- Скажи. Громко. - шёпот вышел рокочущим и совсем не тихим.
А Ита вдруг разозлилась и выкрикнула:
- Я Ита! Я признаю поражение!
Они сидели уставившись друг другу в глаза и наверное пытались сжечь друг друга взглядом. Ита то точно. По ветвям хранителей вдруг прошёлся ветер, ветви закачались и она услышала вздох.
Авель облегчонно вздохнул и обхватив её затылок прижался лбом к её лбу. Посидел не много с закрытыми глазами, одним движением поднялся на ноги и задрав голову в верх крикнул: