- Благодарю, Госпожа, но у меня нет другого имени. Твоё имя мне известно, но обращаться к тебе иначе с моей стороны было бы не разумно. Господин будет очень зол. Он страшен в гневе, Госпожа. Я с ним всё своё существование. Он создал меня в начале сотворения одного из своих миров. Я тогда молодой был - горячий, импульсивный. Был похож на своего создателя... - старик вздохнул.
Пока он говорил, он очень мягко и ненавязчиво поддерживал её спину, подкладывая подушки. Ставил на кровать низенький столик, расставлял на нём еду и питьё, разворачивал большую белоснежную салфетку и укрывал ей ноги. Он делал это почти незаметно и если ему приходилось касаться Иты, то прикосновения были лёгкими и по доброму тёплыми.
- Сколько я здесь? - спросила Ита.
- О, Госпожа, целую вечность. И всё это время Господин почти не отходил от тебя.
Она удивлённо подняла брови.
- Почему? - задала она вопрос, не надеясь в принципе на какой то конкретный ответ.
Старик , до этого снимавший салфетки с блюд, остановился и снова очень внимательно посмотрел на Иту.
- Боюсь ошибиться - наконец проговорил он. - Поэтому не буду ни чего предпологать. Просто с момента твоего появления он ... Ведёт себя ... не как обычно - старик с трудом подбирал слова.- Господин, он ... не то, что бы жаден по отношению к своим мирам, но ... Раньше такого не бывало, что бы его мир забирали, а он даже не интересовался кто. Да и неосмеливались в его миры соваться.
Ита слушала и пила удивительно вкусный отвар из трав и цветов. Ела с аппетитом. Она и раньше получала удовольствие от еды, когда на праздниках ей подносили самые вкусные, самые изысканные явства, но вот утоляла голод она впервые.
Так просто! Для ощущения счастья, пусть даже и кратковременного, но полного так мало надо. Вкусно и плотно поесть! Ммммм... Потрясающе вкусное, нежное мясо таяло во рту и овощи приправленные специями так гормонично дополняли его. А хлеб! Ещё тёплый, с хрустящей корочкой, мягкий, аппетитный и пахнущий уютом.
- Госпожа?
Вопрос застал её врасплох, мычащую от удовольствия, с закатившимися глазами.
- Мммм? - на более членоразденьный звук она сейчас была не способна.. Вынырнув из своих ощущений она уставилась на старика.
- Госпожа желает принять ванну?
- Ванну?
- Принять... помыться.- Он улыбаясь смотрел на неё и ждал ответа.
- Благодарю. Я действительно желаю принять ванну.
Старик поклонился ей и отправился давать распоряжения., а Ита откинулась на подушку. Вот это она наелась! Наверное слезть с этой высоченной и огромной кровати, в середине которой она находилась сейчас, после того, как она столько всего съела, ей будет ох как не просто.
Старик вернулся и лёгким поклоном сообщил :
- Ванна готова, Госпожа.
Ита вздохнула и начала пробираться к краю кровати пыхтя при этом громко и часто. Иметь физическую оболочку очень не удобно. Чувствуешь боль, голод, холод. Становишься медленной, неповоротливой. Куда девалась лёгкость движений, грация. Когда ей было холодно, её укрывали тяжёлым одеялом, а через какое то время ей становилось жарко.
Боль- это вообще странная штука. Когда Авель ударил её ей было очень больно и потом щёку жгло какое то времи. Но это ощущение было как будто сверху, снаружи её. А вот когда она вспоминала свой заболевший мир и гибнущих хранителей, боль была безгранична, безмерна и глубоко внутри её. От этой боли всё в груди сжалось. И горло сжалось. Каждый вдох давался с трудом.
Ну наконец таки! Наконец она добралась до края кровати, сможет сесть и свесить ноги! Старик подошёл и встал рядом, готовый в любую минуту подхватить. Ита была благодарна ему. После такого трудного пути дрожали ноги и противно тряслись руки. В глазах потемнело. Старик поддержал её под руку, когда она покачнулась. Ита отдышалась и с благодарностью на него посмотрела.
- Не могу я тебя называть так, как Авель. Может быть есть имя, которое тебе нравится и я буду звать тебя так? Когда ни кого не будет рядом...?
- Госпожа, даже прислуга зовёт меня "Раб".
- Язык не поворачивается - пробормотала Ита. - Может я буду звать тебя именем одного из моих хранителей? Я очень любила их.
Старик дёрнулся, застыл.
-Яков - прошептал он. - Когда то, в одном из миров Господина, я видел мальчишку. Ему было вёсен десять, не больше. Очень худой, хрупкий, почти прозрачный, как и многие, многоие дети в мирах Господина. Война. Мало кому есть дело до детей. В их поселение пришли войны... Это был кошмар. Они устроили казни. Один воин схватил девочку и потащил. Хрупкая и тоже почти прозрачная. Красивая, с небесно голубыми глазами, полными ужаса. Все жители стояли на коленях, руки за головой, в затылок каждого смотрело оружие. И когда девочку тащил тот воин,много кто дёрнулся, но никто так и не поднялся, а он... Я тогда не увидел, как это произошло, думаю никто так и не понял, как у него это получилось.... Он с колен метнулся к тому войну и воткнул ему нож в горло.