Ита попыталась вырваться - не вышло, сказать что то, но Авель не дал. Он не отпускал её губы всё крепче прижимая её к себе. И уже не злость владела Итой, а обжигающее, стерающее все границы желание. Она готова была сжечь его, если бы он сейчас отступил. Ласки на грани боли, горячие поцелуи граничащие с укусами. Желание стать главным, доказать свою силу катало их по нежной шелковистой траве.
Авель рычал, явно сдерживая себя и давая Ите выплеснуть огонь. В какой то момент он не смог больше ждать, подмял её под себя и захватив над головой руки лишил возможности сопротивляться.
- Моя! - прорычал он ей в губы.
Ита закрыла глаза и выгнулась к нему на встречу. " Пусть "- подумала она с трудом удерживаясь на границе сознания - " Сама посмотрю."
21
Ветер выл непереставая. То затихая немного и тогда Брайту казалось, что кто то плачет всего в двух шагах от него, а то как будто срывался, превращаясь в какой то дикий визг перемешанный с хрипом и невыносимо бил по ушам. В такие моменты становилось страшно, схватка приостанавливалась и звери вжимались в камень, стараясь укрыть голову. У кого то уже сочилась кровь из ушей и из глаз и это не были следы зубов Брайта.
В какой то момент, после очередного, свалившего всех с ног порыва, Брайт сквозь чёрную пелену боли, медленно сползавшую с глаз, увидел девочку. Маленькую, растрёпанную, неестественно синюшную. Провалившиеся глаза, остренькие скулы, чёрные губы и жутко рванное, нелепое платьишко, почти не прикрывающее её. Она стояла к нему лицом и показывала странно вывернутой рукой ему за спину. Брайт зажмурился, тряхнул головой, а когда открыл глаза, девочка равнодушно пожала плечами, отвернулась и растаяла. Как будто ветер размазал её по камню. И в этот миг на него обрушились сзади.
Его кто то рвал, он рвал кого то. Ветер подхватывал клочья шерсти и уносил. Силы покидали Брайта да и противники ослабели. Движения и реакция замедлились, атаки стали не такими яростными. То тут то там слышалось хриплое, рванное дыхание. Им не хватало воздуха. Они не знали. А Брайт... В особенно ожесточённые моменты схватки, когда всё внимание было направленно на то, что бы сильнее ухватить врага и на то, что бы тебя не схватили, слышал голос друга, кричавшего в его голове :" Дыши, брат! Дыши!" И он дышал. И это давало ему силы и надежду.
Брайт отбил атаку одного из зверей рухнув на спину в момент его прыжка и поймав его тушу на все четыре лапы со всей силы швырнул его в отвесную стену каньона. Послышался визг. Зверь попытался встать, но вдруг из скалы показалась маленькая рука и схватив его за ухо притянула к камню. Ещё одна рука обвилась вокруг шеи некрасиво удлиняясь. Зверь захрипел, а потом раздался хруст. Хруст был таким громким, Таким неестественным, жутким, леденящим. Он перекрыл все звуки, а после настала мёртвая, оглушающая тишина. И в этой обсалютной тишине прозвучал несмелый детский смешок, ещё раз и ещё и залился радостно и беззаботно.
Это было так страшно, что их всех парализовало притянув взгляды к рукам, что словно змеи ползли по телу зарываясь грязными, маленькими пальцами в шерсть и вжимая его в камень. Было слышно, как ломаются кости и воздух разрывая гортань с хрипом вырывается из сдавленного горла.
Звери ощерились, припав на задние лапы, прижав уши к голове, как будто пытаясь укрыться от этих звуков и скулили, не в силах отвести взгляда от жуткой картины.
"Дыши, брат! "- Брайт затряс головой.
Всё происходившее сейчас, было похоже на какой то кошмарный, сумашедший бред. Детский смех, лужа крови, растекающаяся у основания скалы и постепенно, с треском каменеющее тело. Когда зверя полностью забрал камень, оставив лишь отпечаток совершенно нелепой формы. Когда наконец затих этот кошмарный детский смех, наступила тишина. Но такая, что лучше бы выл ветер или смеялся этот страшный ребёнок с руками змеями.
Медленно, с явным трудом звери начали шевелиться. Запал ненависти сошёл на нет. Они потерянно оглядывались, принюхивались друг к другу. Состояние леденяшего ужаса не отпускало. Тишина. Она поглащала любой звук. Из под сведённой оцепенением лапы выскочил камень и Брайт проследил его движение.. Почувствовал, как соскочила с камня лапа, увидел, как тот покатился. Увидел, но не услышал