- Я уже слышала это - устало отозволась Ита. - Неужели ты действительно не понимаешь? Вспомни каково тебе было когда ты потерял свой мир. Они теряют гараздо больше. Столько жизней, Авель, столько боли, горя, столько разбитых надежд и поломанных судеб. И это всё ты... Каждый детский крик, каждый плач матери, потерявшей ребёнка, каждая рука, занесённая для удара - это всё ты, Авель! Я не могу... Я не смогу быть с тобой, зная тебя таким. Отпусти меня.
Ита с надеждой взглянула ему в глаза. Авель был растерян, она чувствовала. Она поймала слабый импульс от Брайта, он жив - уже хорошо. А Авель... Авель пытался собраться мыслями. Разговор он планировал совсем не так. Хотелось сказать что он любит и скучал. Хотелось сказать, что быть без неё он не может и не хочет и ему ни чего не надо, когда её нету. И что Древа, его Древа без неё поют всё реже и тише и песни их столь печальны, что тоска разравает сердце... И куда то пропал Яков. О том, что у Раба появилось имя, Авель узнал сразу. Что то изменилось в старике, куда то исчезло равнодушие, заморозившее его сердце так на долго. Поменялся взгляд. Теперь он не был пустым и отрешённым, в нём появились эмоции. Всё это Авель видел, но ему было всё равно. А теперь он понимал, что таким старик ему нравиться больше. И то, что он и его найти не смог, хоть не очень то и старался - не до него было, его больше расстроило чем разозлило. И если она хочет, он отдаст ей их все, все свои миры, только пусть будет рядом. Хотя нет, так он тоже долго не протянет, один мир оставит себе. А то что же это... Ни одного ножичка, ни одного взрыва.
- Авель, пожалуйста...
Его вернули к реальности её прикосновение и тихий голос.Он даже половины не слышал, глядя на её губы. Бузумно соскучился.... О чём она? Пожалуйста что?
- Отпусти меня...
Голова Брайта дёрнулась как от удара. Отпустить?! Размягшее, рвущееся к ней сердце закоменело, в глазах поплыло от бешенства, проснувшаяся тьма в момент сделала их чернее ночи.
- Я убью его - прорычал он. - Уничтожу каждого, к кому повернёшься, на кого посмотришь. Только со мной, Ита! Только так!
- Брайт - тихо позвала она.
- Не смей - так же тихо проговорил он. - Ему не выжить в схватке со мной и твоя защита не поможет, дольше умирать будет. Или ты забыла? Забыла того зверя, что кинулся защищать тебя?
- Я ни чего не забыла! - крикнула она и добавила шёпотом. - Не забуду! Никогда не забуду. это будет со мной вечность. Жди меня там!
Она махнула рукой в сторону выхода и Авеля выбросило вон. Брайт рухнул на пол кучей трепья. Застонал. дышать было трудно, больно, видеть тоже не получалось, в голове бил набат. Ита, зачерпывая в горсть воды омывала его. Дыхание восстанавливалось, зрение возвращалось, благословенная тишина наконец впустила его в сознание.
- Прости. Ему очень надо было... - проговорил Брайт, как только голос вернулся к нему.
- Ты сам его впустил? - удивилась она.
- Сам, Ита. Он любит. И он обещал оставить моему народу земли, на которых мы живём.
Так вот почему не сработала её защита, Брайт добровольно впустил Авеля...
- Наши жизни зависят от него. И от тебя. Поговори с ним.
Глаза его закрывались, голос слабел.
- Брайт, послушай, возвращайся к Кае. Она ждёт и ты ей обещал. Я обязательно навещу вас. А сейчас спи и набирайся сил. Они тебе понадобятся.
Какое то время Ита смотрела на него. Потом проведя рукой по своим волосам выбрала один, который тут же уплотнился став короче и толще. Подозвав к себе воду, она подцепила на палец капельку, сразу ставшую голубым красталлом. Кристалл врос в подвязку, Ита подула на него и он засветился. Подняв голову Брайта, надела на шею оберег. Так то лучше.
Теперь Авель. Ита направилась к выходу с новым чувством злорадства, кривой ухмылкой и мыслями о том, что сам напросился.
.
.
.
34
Кая провела руками по лицу. Она стояла посреди комнаты, ссутулившись и почти не дыша. Как так получилось, что они с Брайтом увиделись? В детстве она слышала от соседки старушки, что когда умер её муж, он приходил её навещать и когда касался, она чувствовала прохладу, будто соприкоснулась с туманом. Так она говорила. Но в то, что Брайт умер не верилось, наоборот было ощущение, что он живее всех живых.
Брайт уже ушёл, а Кая ещё пыталась справиться со своей тоской. Как ей было страшно. Как одиноко. Но она запретила себе думать об этом и вроде справлялась, занимая себя приведением поселения в нормальный вид.
Сделать надо было много и что бы не сойти с ума от одиночества она пела. Песни, песенки, напевы - всё, что когда то слышала, а когда перепевала всё, что знала - придумывала. Это отвлекало её, помогало не падать духом. И руки, готовые опуститься, сначала нехотя, а потом с новой силой, начинали работать. И всё бы ничего, но пропала Сора. В середине дня. Раз и нет её.