Конечно, он был не Ален Делон. Может быть, лет тридцать назад он и блистал красотой, но в нынешнем своем состоянии даже на скромном конкурсе «Мистер деревня Гадюкино» не прошел бы и отборочный тур.
Словом, рассчитывать на то, что мои подруги будут восхищаться внешними данными моего избранника, не приходилось. Но и счесть мезальянсом мой брак с человеком, картина которого висит в гостиной квартиры губернатора области, они тоже не могли.
Он спросил, не хочу ли я поехать в Париж или Венецию (при этом не напрашивался ко мне в гости и не предлагал провести ночь в гостинице), и я растаяла окончательно. По части умения ухаживать за женщинами он мог дать фору кому угодно.
Он называл меня своей музой и убеждал, что рядом со мной чувствует себя молодым и талантливым. Я, конечно, не верила, но слушать столь лестные слова было удивительно приятно.
Лизавета, с которой я познакомила его после двух недель свиданий в ресторанах, взирала на него с почтительным восхищением и в его присутствии не произнесла и двух слов. Зато когда он откланялся, завалила меня вопросами.
- Это что же – после свадьбы – в Париж?
Я небрежно кивнула.
- Ой! – выдохнула Лизавета, с детства мечтавшая побывать во Франции. – А он очень даже симпатичный. Не молодой, конечно, но разве это главное?
Я согласилась, что это не главное.
Ни о Кирилле, ни об Андрее я в тот вечер и не вспомнила.
Собеседником Антипов был необычайно интересным. Он много путешествовал и умел с юмором рассказать как о дальних, неведомых странах, так и о пригородных деревушках в несколько дворов.
Словом, после двух недель знакомства он уже таял, как воск, в моих руках, и я начала потихоньку подводить его к мысли о законном браке, потому что сомневалась, что он решится сделать мне предложение по собственной инициативе – он, должно быть, и не представлял себе, что музы могут мечтать о замужестве. В принципе, замужество еще не стало моей главной целью, но он уже находился в том возрасте, когда пословица «тише едешь – дальше будешь» теряла свою актуальность.
И потому в четверг вечером, поедая остренький салат в китайском ресторане «Красный дракон», я решительно перевела рельсы беседы с традиций аборигенов Австралии на вопрос, куда более интересный.
- Аркадий Никитич, вы хоть когда-нибудь обедаете дома? – с улыбкой спросила я.
Он засмеялся:
- Бывает, Алина Александровна, бывает.
- У вас, конечно, есть домработница? – нужно же мне было знать, какие условия он может мне предложить.
Он покачал головой:
- Да нет, знаете, моя супруга любить всё делать сама, хотя я неоднократно предлагал ей нанять кого-нибудь для помощи по хозяйству.
И он принялся разглагольствовать о том, что в настоящее время на рынке подобных услуг есть немало вполне приемлемых предложений, но я довольно невежливо его прервала:
- Ваша жена? – я открыла рот в состоянии крайнего изумления. – А разве вы женаты?
- Да, и уже тридцать лет, - подтвердил он. – Я понимаю, вам кажется странным, что мы с ней редко появляемся на публике вместе, но она такая домоседка. Даже мою выставку она посетила не в день открытия, а на следующий день – не любит, знаете ли, толпы. Впрочем, давайте лучше поговорим о вас. Я как раз собирался вам рассказать, что знакомство с вами так повлияло на меня, что я вспомнил о том, что когда-то писал стихи, о чём, признаться, за давностью лет почти позабыл. Я сегодня всю ночь не спал, и они складывались словно сами по себе, строчка за строчкой. Я прочту вам их, если позволите. Не в ресторане, конечно. Почему бы нам не прогуляться по набережной?
Но я не позволила ему отклониться от темы.
- А как ваша жена относится к тому, что вы все вечера проводите вне дома?
Он замялся:
- Она достаточно чуткий человек – она понимает, что человеку искусства нужно вдохновение.
Я положила вилку на стол и спросила с холодностью, которая должна была бы его насторожить:
- А разве она сама вас не вдохновляет?
Нет, не насторожила. Он сказал с поразительной откровенностью:
- Жена не может вдохновлять. Жена – это жена. Понимаете? Хорошее дело браком не назовут. Любовь погибает под штампом в паспорте. Вы еще так молоды, что можете этого не понимать. Но поверьте бывалому человеку.
К нам подошел официант, и он замолчал, а когда, расплатившись по счету, поднялся вслед за мной из-за стола, повторил свое предложение о прогулке по набережной под луной. Но я отвергла это как нечто совершенно неприемлемое.
- Вы извините, Аркадий Никитич, я сегодня очень занята. Нет, вряд ли имеет смысл звонить мне завтра. И послезавтра тоже. Я уезжаю в командировку. На сколько? Право, не знаю. Позвоню ли вам, когда вернусь? Возможно, но ничего обещать не могу – сейчас у меня много работы.