Гарри летел среди знакомого белого тумана в полном безмолвии и покое, невольно он ждал встречи с Эру на прекрасной поляне. И поляну он наконец увидел, увидел беседку, скамью и Его музыкальный инструмент. Гарри прошел по изумрудной траве к беседке, несмело вошел внутрь белоснежного здания. Его манил чудный инструмент, казалось стоит тронуть струны, и музыка вернется в этот дивный край внося гармонию и негу. Не раз и не два он протягивал руку чтоб взять инструмент, но что-то внутри не давало это сделать. Ну нельзя так нельзя, Гарри сел спиной к своему соблазну. На краешке сознания свербела мысль, ничего плохого не произойдет, возьми инструмент поиграй никто не увидит. Воспитание же отгоняло эту преступную мысль. Чужое без спросу брать нельзя и точка. Долго ли Гарри так сидел в сомнении он не знал. Он уже устал сидеть и ждать, устал сопротивляться. Решительно встав он кинул еще один взгляд на инструмент и вышел из беседки. Он побрел по упругой траве куда ноги понесли. Поляну пронзил высокий чистый звук и полились чудесные трели. Гарри обернулся. Мужчина сидел на прежнем месте и играл свою музыку. И мальчик снова несмел ни вздохом, ни шевелением ее прервать…
С утра у меня в душе играла музыка, как тогда, после сна об Эру на болотах. Не помню снилось ли мне что-то в эту ночь, но настроение было отличным. За ночь мои раны затянулись, и только мои новенькие штаны напоминали о драке. Они были все в грязи и крови, помог экскуро. Верные плащи я опять трансфигурировал в одежду. Я опасался превращаться в росомаху, лес действовал на нее непредсказуемо и сейчас он не казался мне очаровательным. Хотелось поскорей его покинуть. Несмотря на то что был уже ясный денек в лесу стоял полумрак. Сириус не мог смирится с моей тихоходностью и все время забегал вперед, а там сидел или лежал, дожидаясь меня. Так мы и шли в этом сумраке. Дошли до прозрачного, мелкого ручейка. Отчего то я понял, дальше нужно пойти по его бережку навстречу течению. Над водой то тут, то там высились кочки, покрытые пожухлой травой, они мне показались какими-то странными, на каждой из этих кочек почему-то росло по два стебелька рогоза. Вот к одной из этих кочек подлетела стрекоза, села на стебелек… По прозрачной воде ручейка плыли прозрачные крылышки. Стрекоза исчезла в кочке. Вспомнился роханец Лангфрит, его рассказ о темных созданиях, это вероятно кочуны. Шли в гору, и чем дальше мы шли, тем реже и ниже становились деревья ручеек превратился в родник и пропал в травах. Горный склон привел нас на край обрыва, напротив скалы виднелась темная башня из недавнего сна…
Изенгард
Ортханк – подсказало знание. Башня, которую один из королей презентовал майя Саруману. Такая древняя что сейчас уже нет ни той династии, ни того короля, да и государство уже не так величественно. Когда-то это был благословенный край, сейчас же вокруг башни царило запустение и разгром. Широкий двор с постройками, дорожками и какими-то механизмами был затоплен, в воде кое где виднелись трупы орков и людей. Сама же башня нерушимой твердью тянулась вверх, ее не тронули ни битвы, ни потоп. И двор, и башню ограждала высокая стена, окруженная глухим, непроходимым лесом. Странно, во сне этого леса не было. Несмотря на унылый вид мне захотелось обследовать башню. Я посмотрел на нее особым взглядом, как учил профессор Флитвик на чарах. И ахнул от восхищения - башня переливалась, искрилась магией. Решение пришло мгновенно. Обхватив Сириуса за шею я трансгресировал на вершину башни. Голова закружилась, унося сознание вдаль за белыми облаками на синем небе. Я качался на этих облаках вверх-вниз, радость полета переполняла меня, но этот полет длился так долго что уже не восторгал. Одно дело лететь на метле и знать, что в любой момент можно спустится вниз. А вот так. Как-то не очень. Полет обернулся качкой на гребне волны, появилось ощущение изучения меня кем-то… Познание меня длилось несколько мгновений. Качка вверх-вниз сменилась тряской из стороны в сторону. Кто-то знакомый звал меня по имени. Через силу я открыл глаза и наткнулся на встревоженный взгляд серых глаз, знакомых и незнакомых одновременно. Я лежал на верхней площадке башни, надо мной склонился Сириус, таким я его не помнил даже по старой фотографии ордена Феникса. Что-то стёрло печать Азкабана с его облика, кожа приобрела аристократическую бледность, взгляд прояснился и стал уверенней, исчезли скорбные морщины, наверно именно так бы он выглядел если бы не было первой магической и Азкабана в его жизни. Сириус, отлично выглядишь - сдержано улыбнулся я хотя моя душа пела – рад видеть тебя таким. Глаза Сириуса наполнились теплом. Гарри ты тоже изменился – посмотри на себя. Сириус пробормотал заклинание и передо мной появилось зеркало. Я взглянул в отражение, вроде я - всклоченные волосы, зеленые глаза, упрямый подбородок, тонкие губы изгибаются в знакомой улыбке, что же не так. Гарри - вывел меня из ступора оклик Сириуса – ты мне не поможешь. Я взглянул на него, он был абсолютно обнажен, как и я в мою первую ночь в Арде. Я порылся в рюкзаке, протянул один их своих комплектов, а плащи мы трансфигурировали в комбинезоны. Штаны, которые я купил на себя Сириусу не подходили, и он увеличил их магией. С удивлением я понял, что и мои мне маловаты. Мимолетный взгляд на зеркало подсказал мне мои изменения. До башни я был нескладным тощим мальчишкой, а теперь стал наконец крепким, подтянутым юношей. В смущении я протянул Сириусу и свои штаны. Сириус смеясь подсказал мне нужное заклинание, оказывается я его давно знал, но и не подумал им воспользоваться. Простое Энгоргио добавило им пару размеров. С досадой я вспомнил как с трудом натягивал на себя рубашку и штаны хоббитов, решив их увеличить и надеть я рылся в рюкзаке и случайно задел изящный флакончик. В душе разлилась музыка Эру и флакончик принудил меня встать идти куда ему хотелось. Я трансгресировал на крыльцо, Сириус не отставал. Массивная дверь мне не подчинилась, но перед его алахоморе не устояла. Перед нами открылся когда-то роскошный вестибюль, в котором сейчас царила печать разрухи. Была видна винтовая лестница, ведущая наверх. Меня же тянуло вниз, в подземелья.