— А ты. Ты дала ей дом, — тихо сказал Кольт.
Господи, я-то думала, что его хрипловатый голос заставляет мое тело вести себя глупо. Но мягкость в его голосе действовала куда сильнее. Я сглотнула, словно это могло заглушить притяжение, гудящее под кожей.
Глупо. Глупо. Глупо.
Он протянул руку и почесал Тейтер под подбородком.
— Неплохо ты приземлилась, да? Ну, почти. На трех лапах.
Тейтер немного помурлыкала, а потом вцепилась Кольту в руку зубами.
— Черт. Ай. — Он дернул рукой и сердито уставился на мою кошку.
— Не будь ребенком, — с улыбкой сказала я. — Это просто зубное объятие.
Кольт уставился на меня, приоткрыв рот.
— Зубное… объятие?
Я кивнула.
— Так она выражает привязанность.
— По-моему, это нездорово.
У меня дернулись губы — я изо всех сил старалась не рассмеяться. Я подняла взгляд на лицо Кольта. Под глазами залегли темные тени, и мне ненавистна была та часть меня, которой хотелось знать, откуда они взялись. Кольт не заслуживал моего участия и уж точно его не хотел.
— Так чего ты хотел, Законник?
Он отступил на шаг, и в темных глазах мелькнуло что-то неразборчивое.
— Твоя сестра пропала.
Тело напряглось — единственная реакция за последние пятнадцать минут, которая вообще имела смысл.
— Знаешь, бармены вроде как должны быть почти священниками или психотерапевтами. Есть же конфиденциальность. Неприкосновенная.
— Не злись на Трея. Он просто пытался не дать мне вести себя как полный мудак.
Один уголок моих губ дернулся.
— Как мудак, значит?
Кольт пнул камень, отправив его в полет.
— Я пытался защитить Эмерсон.
Я издала тихий звук где-то в горле.
— Ладно, и себя тоже. Я ненавижу туда возвращаться. Вспоминать, что это у нее отняло.
— И что отняло у тебя, — добавила я. Потому что отняло. Изменило его. Иначе быть не могло.
Взгляд Кольта поднялся к моему.
— И ты знаешь, каково это.
— Знаю. Весь мир вдруг перекручивается, как в калейдоскопе. Ты больше не можешь смотреть на него так же, потому что ты уже не тот.
Кольт долго молчал, но взгляд не отвел. Словно пытался прочитать то, что скрыто между строк.
— Не уверен, что вообще осознавал, насколько сильно это меня изменило.
В груди разлилась боль. Потому что момент, когда ты понимаешь, что изменился, — тот же самый, когда осознаешь: ничего больше не будет прежним.
— От тебя зависит, во что эти изменения тебя превратят.
Темные брови сошлись на переносице.
— Не уверен, что это правда.
— Правда, — возразила я. — Я не скажу, что это легко. Я борюсь с этим каждый день. Благодарность — это выбор. Как и умение искать солнце.
— Искать солнце… — повторил он.
Я пожала плечами, перебирая пальцами шерсть Тейтер.
— Иногда — это просто найти настоящие лучи. Поднять голову, закрыть глаза и вспомнить, что оно все еще там. Каждый день оно встает. А иногда — искать отблески света в другом. Потрясающий ореховый латте у Эзры. Доброта Трея, когда она мне была нужна. Пробежка, которая напомнила, что я жива и дышу. Эти отблески повсюду. Нужно лишь открыть глаза и по-настоящему увидеть.
Мышца на челюсти Кольта дернулась.
— Кажется, в последнее время я ищу обратное. Тени. Такое чувство, что вижу только их.
— Значит, пора перепрошить мозг. Заставь себя искать хорошее. Выбирай три вещи каждый день и посмотри, что будет.
Один уголок его рта приподнялся.
— Ты что, какой-то коуч по новой эре?
Я не удержалась от смешка.
— Думаю, я могла бы отправить тебя и Селию на медитативный ретрит.
— Боже, только не это. Я знаю, что вел себя как козел, но неужели я правда заслужил такое?
Я приподняла бровь.
— Ладно, заслужил. — Кольт вздохнул, проведя ладонью по челюсти. — Прости. Я сказал вещи, на которые не имел права. — Он замолчал, словно подбирая слова. — Мне не стоило сомневаться в твоих мотивах.
Мои губы дернулись.
— Ай. Похоже, это было больно произнести.
Он сверкнул на меня взглядом.
— Очень.
— Спасибо, — прошептала я. — Я это ценю.
Я искала способ сказать то, что должна, не причинив Кольту еще больше боли.
— Я не могу перестать заниматься этим делом.
Его челюсть снова напряглась.
— Так и знал, что ты это скажешь.
— Я связала другие дела с делом Эмерсон. Похожие жертвы. Мне нужно понять, права ли я. Потому что если да, этот монстр не просто похищает. Он убивает.
Я не была готова рассказывать Кольту про Эйвери. Я не рассказывала об этом никому. Ни единой душе, кроме ящика с папками в моем фургоне.