Салли откинулся на спинку кресла.
— Ах, проклятие маленьких городков.
— Обычно стоит одному-двум появиться в подкасте, и остальные тоже начинают раскрываться. Но здесь так не выходит. А мне нужно, чтобы они говорили. Мне нужна новая зацепка.
Салли постучал пальцами по столу, за его спиной занавески колыхались от ветра, закрывая панораму Нью-Йорка.
— Ты уверена, что подозреваемые, которых рассматривала полиция, чисты?
Я задумалась. С Грейди я все еще была не до конца уверена — в нем определенно была темная сторона. И в тренере Керре чем больше я вспоминала наш разговор, тем больше что-то не давало покоя. Но ни один из них не срабатывал у меня по делу Эмерсон.
— Чутье подсказывает, что это не они, — призналась я.
Мое чутье не имело ничего научного. Но за последние четыре года, дело за делом, оно отточилось. После интервью с преступниками и подозреваемыми у меня появилось ощущение, кто на что способен.
Салли долго молчал.
— Деточка, если твое чутье говорит, что это не они, значит, не они. Идем дальше.
— Вот только я не знаю, куда дальше.
— Может быть… — Салли не договорил, его фразу оборвал резкий стук в дверь моего фургона.
Я напряглась от этого звука. В такой час здесь никого не должно было быть.
— Департамент шерифа округа Мейсон.
Знакомый голос все так же хрипел, но под этим хрипом чувствовалась сдерживаемая злость, готовая вырваться наружу.
Черт.
Глаза Салли на экране расширились.
— Хочешь, я позвоню Бейкеру? Он свяжется с адвокатом.
Я быстро покачала головой.
— Нет. Дай мне минуту. — Последнее, чего я хотела, — чтобы Бейкер устроил панику и раздул все до небес.
Я поднялась с кресла и подошла к двери. Тейтер недовольно мяукнула, возмущенная тем, что ее ночной сон прервали. Я отодвинула дверь, и меня встретил мрачный взгляд Кольта, а за его спиной стоял помощник.
Черт. Черт. Черт.
Кольт сам по себе был проблемой во всех смыслах, но Кольт с подкреплением означал официальные проблемы. Я сглотнула и натянула улыбку.
— Добрый вечер, офицеры. Чем могу помочь?
— Вы можете сообщить, где находились последние три часа, — отрезал Кольт.
Я нахмурилась. Значит, никаких извинений и попыток сгладить углы.
— Я была здесь, работала над следующим выпуском подкаста.
Челюсть Кольта заходила ходуном.
— Кто-нибудь может это подтвердить?
Раздражение вспыхнуло, и мне пришлось усилием удерживать спокойствие.
— Вас устроят показания Тейтер?
— Нет, — сказал он. — Слову проклятой кошки я не верю.
Я прищурилась, глядя на него.
— Почему тебе это нужно?
Под кожей знакомо зазвенело напряжение. Что-то произошло. Что-то, связанное с делом Эмерсон. Иного объяснения тому, что Кольт заявился сюда и требует мое алиби, просто не было.
Кольт открыл рот — я уже знала, что он сейчас меня отфутболит, — но вдруг замер. Словно прокручивал в голове варианты. Затем сменил тактику.
— Сегодня ночью было проникновение в участок. Кто-то попал в помещение, где хранятся материалы и улики по нераскрытым делам.
У меня отвисла челюсть.
— И ты считаешь, что это я?
Кольт уставился на меня исподлобья.
— А у кого еще был бы интерес получить доступ к этим документам?
— Как насчет чертова похитителя? — выпалила я. Гнев вспыхнул, упираясь в кожу. Кольт так демонстративно изображал раскаяние, но это и было всего лишь изображение. Те моменты, когда мне казалось, что я вижу в нем настоящую уязвимость, оказались полной чушью.
— Эти материалы лежали в хранилище годами, — бросил Кольт. — Если бы какой-то отмороженный похититель хотел замести следы, тебе не кажется, что он вломился бы туда раньше?
— Он знает, что теперь я занимаюсь этим делом. Ищу зацепки. Он боится, что в этих файлах есть что-то, что указывает на него. Нам просто нужно это найти.
По лицу Кольта скользнуло что-то похожее на сомнение. Но он тут же это спрятал.
— Никаких «нам» нет. Ты — подозреваемая по делу о нападении, не говоря уже о незаконном проникновении.
— Нападении? — переспросила я, и в голосе прорвалось изумление.
— Один из помощников был ранен, когда застал злоумышленника врасплох. Сейчас он в окружной больнице, ему накладывают швы и проводят обследования.
Меня накрыла волна сочувствия к офицеру, но следом пришло чувство, очень похожее на надежду. Надежду на то, что я действительно напала на след. И кому-то это совсем не понравилось. Кому-то, кто все еще был здесь, в Шейди-Коув.