― Ага, с полным ртом не разговаривай, дядя Дэкс, ― встревает Диами, тогда Бенни поднимает бровь на реплику сына.
― Ладно, я извиняюсь, ― выпаливаю я, когда за столом внезапно становится тихо.
Я знаю, что они наблюдают за мной, пока я делаю глубокий вдох и смотрю на Харлоу. Уверен, Нана не случайно посадила меня напротив нее.
― Простите, что приехал тогда, доктор Джеймс, но клянусь, я не пытался заставить вас съехать раньше.
― Зови меня Харлоу, ― улыбаясь, произносит она, после чего смеряет меня взглядом. ― Так зачем ты приезжал?
Я открываю рот, чтобы ответить, но останавливаю себя. Упоминание о предсмертной записке и пистолете только подскажет ей то, что я был там в ту ночь, а это последнее, что мне хотелось, чтобы кто-нибудь знал.
― Разве теперь это имеет значение? У меня сбился график, вот и все, именно поэтому я сейчас прошу у вас прощения. И меня не волнует: простите ли вы меня или нет, но я извиняюсь.
― Разве ты не хранишь там свои вещи? ― спрашивает Сара. ― Почему бы тебе просто не забрать их и не поработать здесь?
Я пожимаю плечами.
― Все в порядке. Я завтра отправлюсь во Флагстафф, а через две недели вернусь. Так будет легче всем.
― ТЫ УЕЗЖАЕШЬ?
Этот хор голосов застает меня врасплох, одновременно с тем, как я замечаю боль на лице Наны. Я вижу, как она смотрит на меня, а затем на Харлоу, как раз когда я отворачиваюсь.
― Но ты не можешь уехать! Ты только что вернулся, дядя Дэкс! ― восклицает Диами. ― Пожалуйста, останься! Мне еще нужно обыграть тебя в «Minecraft» (прим. компьютерная игра).
На самом деле я не планирую уезжать, но впервые, люди за этим столом берут надо мной верх, и я ненавижу это. Но это не их вина. Конечно, я могу выглядеть легкой мишенью для своей сестры, но это же всего лишь Сара, медсестра, которая видит столько смертей, что должна как-то сбалансировать всю эту печаль, иначе она сойдет с ума. Это одна из причин, почему я с нетерпением жду приезда домой, потому что когда в доме нет гостей, я тоже даю ей хороший отпор.
Нет, это не из-за них. Я нервничаю из-за женщины, которая сидит напротив меня. От нее у меня даже бабочки в животе, и сейчас меня это не радует. Она ― красивая женщина, и так далека от моей лиги, но я не в состоянии перестать думать о ней, с тех пор как увидел впервые, когда она лежала на моей кровати в ту ночь. Это даже не из-за того долбанного пистолета или записки; видимо она передумала себя убивать, и теперь она здесь, наслаждается стряпней моей бабушки.
Нет, дело во мне и моем чертовом «рыцаре в сияющих доспехах», желающем спасти каждую чертову девицу из беды, вот, что я чувствую у себя в крови.
С Харлоу Джэймс и ее долбанными сиськами, я буду тем, кому понадобится спасение.
Глава 7
Харлоу
― Дэкс сказал мне, что ты ― доктор, ― говорит Бенни, когда убирает пустую бутылку пива, стоящую передо мной, и заменяет ее другой, холодной, прямо из холодильника.
Это уже вторая бутылка, и я говорю себе, что она последняя, или я не смогу уехать домой, особенно когда мне в темноте нужно пересечь мост Рио-Гранде-Гордж-Бридж, а я всегда боюсь, что свалюсь с него.
Слава Богу, я настолько боюсь высоты, что в ту ночь мне даже в голову не пришло, что было бы гораздо легче свести счеты с жизнью, прыгнув с него. Но я отгоняю эту мысль прочь, пока смотрю на окружающую меня семью, спорящую и игриво подшучивающую друг над другом; не могу перестать думать о том, что пропустила бы все это, если бы тогда покончила жизнь самоубийством.
К тому же, мне бы не удалось посидеть за самым красивым столом, который я когда-либо видела ― неровным, словно вырезанным прямо из дерева. В нем нет никаких резких линий. Наоборот, он изящный и обтекаемый. А там, где имеется раскол, который расширяется к другому концу, крепятся две больших шпонки «бабочка», с выемкой, которая наполнена белой галькой и камешками различной формы. Покрытие смолой, для полной защиты стола, создает впечатление речного русла. Он должен стоять в выставочном зале Нью-Йорка, а не в столовой у Аниты.
― Да, ― отвечаю я, прочищая горло, когда Бенни встает, чтобы взять еще пива для Сары.
Если не считать Дэкса, мы уже практически закончили ужинать, и после непринужденного разговора о том, как все остальные провели день, по-видимому, настала моя очередь.
― Какой вы доктор? ― спрашивает Диами.
― Я — хирург. Специализируюсь на трансплантации почек у детей.
― Это как уролог? ― спрашивает Бенни. ― Который постоянно проверяет вашу простату?
― Что такое простата? ― задает вопрос Диами.
― Нет, думаю, она, определенно, сказала «хирург». И что-то на счет пересадки почек. Типа нефроны и все такое, ― говорит Дэкс (прим. нефрон ― структурно-функциональная единица почки).