К тому времени, когда я завариваю кофе, от этого нервного ощущения так сильно стучит мое сердце, что мне становится интересно, а не развилось ли у меня какое-нибудь сердечное заболевание. Я практически ощущаю, как кровь протекает по моим венам. Дрожащими руками я наливаю кофе в две глиняные кружки и делаю глубокий вдох.
«Ты почистила зубы, умылась и расчесала волосы. Ты справишься. Теперь принеси ему кофе и поздоровайся».
Я вижу Дэкса до того, как он видит меня, но ничего не говорю. Насколько мне известно, последние три дня, проведенные с ним, это как длительная прелюдия, и сейчас, я вся горю. Я рада, что он слишком занят, чтобы заметить меня, пока я неловко торчу у двери, стараясь держаться как можно спокойней, несмотря на то, что творится у меня внутри, и что я переминаюсь с ноги на ногу.
«Что со мной?»
Дэкс вытаскивает что-то, что напоминает деревянный рубанок, хотя он использует его по-другому ― он тянет его к себе, а не от себя, как я видела, делают плотники. Вместо коротеньких деревянных щепок, я вижу тонкую полоску, похожую на бумагу, которая изящно скручивается, прежде чем Дэкс отбрасывает ее и возвращает рубанок обратно, на противоположный конец доски. Затем он начинает все заново.
Сквозь его тонкую белую рубашку я вижу, как с каждым движением напрягаются его мускулы. Если я захочу, то могу их все назвать: широчайшая мышца спины, трехглавая мышца плеча, дельтовидная мышца, подостная и большая круглая мышцы, но мне хочется намного большего, чем это. Мне хочется их коснуться, провести по ним пальцами и почувствовать, как они двигаются напротив моей кожи. И я знаю, что на этом не остановлюсь. Мне хочется опустить руки вниз по его спине, ощутить, как мои пальцы путешествуют по его загорелой гладкой коже. Мне хочется…
Внезапно Дэкс перестает делать то, чем он занимался, выпрямляется и поворачивается ко мне.
― Доброе утро, Харлоу.
― Привет, ― запинаюсь я, надеясь, что по моему лицу не видно, о чем я думала. ― Я… принесла тебе кофе.
― Спасибо, ― отвечает он, и тогда я вижу, что он взял с собой термос, и чувствую себя идиоткой.
Конечно, бойскаут захватил с собой собственный кофе. Ведь это я установила правила, верно? Я не собираюсь его развлекать, а он не должен развлекать меня.
«Ах, но мне этого хочется!»
― Прости. Я не знала, что ты принесешь свой, ― отворачиваюсь я, чтобы он не успел ничего сказать, но Дэкс ― шустрый парень.
Внезапно он оказывается передо мной и берет у меня одну из кружек.
― Спасибо, ― говорит он, и его взгляд опускается с моего лица на мои губы, а затем на вырез халата.
Я даже не удосужилась одеться. С чего бы мне это делать? Мне не хочется одеваться, когда этот мужчина стоит так близко ко мне со своим ароматом ― этим мужским запахом, от которого у меня бушуют гормоны. Я облизываю губы.
― Пожалуйста.
― Я разбудил тебя? ― спрашивает он, когда ставит кружку на столик возле нас.
Я качаю головой, не сводя глаз с его губ.
― Нет, я даже не поняла, что ты здесь, пока… ммм… готовила кофе на кухне.
«Лгунья. И вообще, где ты еще могла готовить кофе?»
― Так что я подумала, может…
Дэкс забирает у меня из рук вторую кружку и также ставит ее на столик. Я даже не протестую. Не знаю, смогу ли я вообще это сделать ― что бы не захотел этот мужчина, часть меня хочет это узнать. Мне хочется знать, воображаю ли я все это ― то, как он смотрит на меня, и то, как его взгляд переходит с моих глаз на мои губы, задерживаясь на них, после чего движется вниз. Мне хочется увидеть эту выпуклость на его джинсах, напомнив, таким образом, себе о том, что я по-прежнему привлекательна, даже красива.
― Харлоу, ― бормочет он, и я чувствую, как его пальцы отбрасывают прядь волос с моего лица.
Он опускает голову, и теперь я смотрю ему в глаза. Голубые, такие насыщенные. Мое сердце стучит так громко, что я почти слышу, как по всей комнате разносится эхо.
Буб. Бум. Бум.
Я подавляю стон и сжимаю бедра, чувствуя, как тепло поднимается к моей груди. Я прикусываю нижнюю губу, опускаю взгляд и торжественно выдыхаю. У него встал, у него…
― Кто-то пришел, ― произносит он, возвращая меня обратно к реальности.
― Что?
Затем я слышу. Кто-то пришел.
― Ах, да, ― запинаюсь я и плотнее натягиваю халат, разворачиваюсь и выбегаю из его мастерской.
На мгновение я забываю, где находится входная дверь, а когда вспоминаю, то ощущаю вину за то, что я сейчас сделала.