«Харлоу, тебе не стыдно?»
Нет, по-видимому, нет.
Снова слышится стук, вместе со знакомым голосом:
― Харлоу. Это я. Открой дверь.
Мне требуется несколько секунд, чтобы понять, что я вижу Фрэнка Вестона ― своего адвоката по разводу ― по другую сторону двери со стеклянной вставкой, которая не скрывает моего нынешнего облика, такого далекого от той женщины, которую он знает. С растрепанными волосами, без макияжа, босиком и в флисовом белом халате я совершенно не похожа на хирурга, которого он знает, и на женщину, которая несколько раз в неделю обедает с его женой, при этом обсуждая, кто и что сделал из дамочек, состоящих в загородном клубе, и было ли это хорошо или плохо.
«Но, я хотя бы почистила зубы», ― говорю я себе, когда открываю двери, но не приглашаю адвоката войти.
― Фрэнк? Что ты здесь делаешь?
Он вытирает пот, выступивший на лбу, и в свете солнечных лучей, освещающих Таос, мне отчетливо виден его зачес, скрывающий лысину. На Фрэнке белая рубашка и брюки, кожаные туфли, покрывшиеся пылью из-за короткой прогулки от его арендованного автомобиля до крыльца. На улице жарко, и солнце плавит засыпанную гравием дорогу. Моя машина припаркована прямо перед воротами гаража, чистая и блестящая. Я вздыхаю. Дэкс не должен был этого делать.
― Я мог отправить курьера, но решил, что так будет быстрее, ― отвечает он.
― Что будет быстрее?
― Эти документы, ― говорит он, вытаскивая из кожаного портфеля папку. ― Два дня назад мне звонил адвокат Джеффа, и он хочет, чтобы ты их подписала.
― А что в них?
― Это на счет вашего поместья в Хэмптонсе. Последнее, что вам осталось решить, прежде чем вы сможете со всем этим покончить, ― отвечает Фрэнк, выдыхая. ― Послушай, Харлоу, ты сама мне говорила. Тебя не заботило раньше, что с ним будет, так же, как и с твоей недвижимостью на Манхэттене, которую ты отписала Джеффу. Так что он считает, раз ты всегда терпеть не могла ездить в Хэмптонс, он бы хотел, чтобы ты отписала и эту недвижимость ему, а он отдаст тебе твою долю деньгами за ту часть, за которую заплатила ты. Все элементарно просто, если ты меня понимаешь.
― Он с ума сошел?
С нынешними ценами на рынке недвижимости, их дом сейчас стоит миллионы.
― Нет, но ты ведь сама говорила, Харлоу. Даже Белинда рассказывала мне, что ты ненавидишь это место. Ты наняла трех прислуг, чтобы они присматривали за ним… ради чего? Ты никогда туда не ездишь, а Джефф с удовольствием снимет с тебя этот груз. Кроме того, меньше, чем через месяц он женится, и ему бы хотелось там воспитывать своих детей.
Прежняя Харлоу тут же бы расплакалась, а Фрэнк бы обнял ее и похлопал по плечу со словами: «Тише, тише, Харлоу. Все не так уж и плохо. Подпиши здесь, и чем быстрее ты это сделаешь, тем быстрее ваш бракоразводный процесс закончится, и, кто знает, может быть, твоя депрессия тоже пройдет. Некоторые вещи просто не получаются, как бы мы не старались».
Но прежней Харлоу больше нет. На ее месте появился кто-то новый, или я надеюсь, что появился. Я смотрю вниз на папку, которую он протягивает, тыча ей в меня.
― Я наклеил стикеры там, где тебе нужно поставить подпись и иници…
― На чьей ты стороне, Фрэнк?
Фрэнк удивленно вскидывает голову.
― Что прости?
― Я спросила, на чьей ты стороне? Я думала, что ты мой адвокат.
― Конечно, твой, именно поэтому я здесь, в каком-то странном доме, расположенном непонятно где, и который сгодится только при чертовом апокалипсисе, ― сердито отвечает он, и я вижу, как по его виску стекает капелька пота. ― Ты знаешь, что моя поездка сюда не бесплатная, и мой офис добавит это к твоему счету.
― Тогда добавляйте, ― говорю я, надеясь, что мой голос не дрожит, потому что у меня внутри все трясется.
Сердце вот-вот разорвется от шока из-за собственных слов, а под халатом дрожат коленки.
― И не забудь добавить обратный билет. Мы же не хотим, чтобы ты остался здесь, Фрэнк. Белинде бы это не понравилось. Теперь убирайся с моей территории.
Фрэнк снимает солнцезащитные очки и смотрит на меня так, словно у меня выросло две головы.
― Черт возьми, что на тебя нашло, Харлоу? Я думал, ты хотела упростить этот развод, и именно этим я здесь занимаюсь. Я на твоей стороне, понятно? Твое дело ― доверять мне, забыла? Почему бы тебе, как хорошей девочке, просто не подписать эти документы и со всем этим не покончить?
― Потому что она не хорошая девочка ― ни для тебя, ни для кого другого, ― раздается глубокий голос, и я поворачиваю голову, чтобы увидеть Дэкса, который стоит позади меня, его голубые глаза пылают от гнева. ― Она ― женщина, никогда об этом не забывай.