― Ну, вроде того, но это не с профессиональной точки зрения.
― Так это он назвал тебя фригидной.
Говоря это, Дэкс кажется практически раздраженным, и теперь мне действительно не комфортно.
― Ну, да, ― запинаюсь я. ― Наверное, я просто... знаешь…
― Нет, не знаю, Харлоу. Скажи мне. Я не могу читать мысли.
― Я не достигаю... понимаешь... кульминации. Оргазма... что-то в этом роде.
― Это две разные вещи, Харлоу. Быть фригидной и не получать оргазма, ― хмурясь говорит он. ― А он?
― Ты имеешь в виду, была ли у него эякуляция?
― Нет, я имею в виду, он кончал?
Я чувствую, как мои щеки краснеют.
― Ну, да. Парни всегда это делают, ― я вижу изогнутую бровь. ― Разве нет?
На этот раз Дэкс отвечает не сразу. Как будто он гадает, как, черт возьми, ему как можно быстрее удрать от этой сумасшедшей женщины и, вместо этого, подцепить в городе кого-то нормального, без такого глупого багажа, как этот.
― Боже, Дэкс, мне так жаль, что я все испортила.
― Нет, не испортила, ― отвечает он, убирая мне за ухо волосы. ― Послушай, почему бы нам не начать сначала?
― Что начать? То есть, как?
― Вот так.
Дэкс опускает голову и нежно целует меня, его язык проходится по моей верхней губе. От такого поцелуя у меня в животе начинают порхать бабочки.
― Больше ни о ком не думай. Сейчас есть только ты и я. Ты. Я. И больше никого.
Его слова чередуются с поцелуями, и я не могу удержать вздох от переполняющих меня эмоций.
― Это все для тебя, Харлоу.
Другой рукой он скользит по моей груди, лаская ее. Большим и указательным пальцами он трет мой сосок. Затем он пощипывает его, и я задыхаюсь, мои глаза расширяются. Он наблюдает за мной, изучая меня своим взглядом, тяжелым от желания ко мне, его ноздри раздуваются. Такое впечатление, словно он всецело поглощает меня, каждым взглядом, каждым поцелуем, каждым прикосновением.
― Просто расслабься.
Губы Дэкса покидают мои, его язык проводит неторопливые круги по моей шее, вплоть до впадины у основания горла. Я чувствую, как дрожу от этих ощущений, которые настигают меня, мои ноги инстинктивно раздвигаются, когда он устраивается между ними, наши бедра встречаются, а его реакция упирается мне в живот.
― На счет меня или того, кончу ли я, не беспокойся. Я могу позаботиться о себе, но прямо сейчас, позволь мне позаботиться о тебе.
― Но…
Мое возражение сменяется стоном, когда его рука опускается на мою промежность, и он пальцами ощущает мою влажность. Он губами накрывает мой сосок, и я хватаюсь руками за простыни.
― Просто позволь себе расслабиться и забыть об окружающем мире. Есть только эта комната. Только ты и я, под звездами в полнолуние, ― бормочет Дэкс, когда скользит одним пальцем в меня, и я закрываю рот рукой, заглушая стон. Когда он большим пальцем находит мой чувствительный клитор, я сгораю от нетерпения. Он вводит в меня еще один палец, когда накрывает губами вторую грудь, покусывая сосок зубами.
― Дэкс…
Я перегружена от эмоций, то, что он делает со мной, ― толкает меня за край, прежде чем вернуть обратно, не позволяя мне полностью потерять контроль. Еще не время. Дэкс прав. Мне нужно отключить свой разум и позволить своему телу взять верх. Когда он опускается вниз, его борода щекочет мне живот, а потом бедра, но я не сопротивляюсь. Он прижимается языком к моим скользким складочкам, и я откидываюсь назад на подушки, ощущая его теплый, райский язык.
Он хватает меня за бедра, удерживая на месте, когда я теряюсь в своих ощущениях. Я чувствую, как напрягается мое тело, как зарождается оргазм, пока Дэкс то посасывает мой чувствительный клитор, то трахает меня своим языком и пальцами. Наверное, я кричу, когда меня накрывает первый оргазм, а после него второй и третий. И когда я полностью расслабляюсь, наконец-то расслабляюсь, клянусь, я вижу звезды.
Глава 14
Дэкс
Когда Харлоу сказала мне, что ее никогда никто так не ласкал, сказать, что я удивился, было бы преуменьшением. Что она имела в виду, сказав такое? Она восхитительна на вкус, и я мог бы делать это еще дольше, чем час, который уделил этому, слушая, чувствуя, как она кончала для меня четыре раза подряд, а ее крики разносились по всей комнате, пока ее тело содрогалось от очередного оргазма. Малыш Дэкс умолял о разрядке, но ему придется подождать, не в то время, когда у меня была чертова миссия доказать Харлоу, чего она все это время была лишена.
Ее бывший что, слепой? Харлоу ― самая красивая женщина, которую я когда-либо встречал. Обнаженная и уязвимая, она совершенна. Ее кожа пахнет ванилью и лавандой, она ― женщина с мозгами и телом, созданным для греха, со своими идеальными изгибами; от всего этого я становлюсь твердым только при одном взгляде на нее. Ее грудь, ее тонкая талия, ее широкие бедра, даже горизонтальный шрам внизу живота ― все это исключительно ее. А вкус этой женщины... не могу им насытиться, и мысль о том, что до сегодняшнего дня ее никто и никогда не пробовал, вызывает возбуждение, которого я никогда не ощущал ранее. Я чувствую себя долбаным Колумбом, открывшим Америку. Конечно, излишне говорить, что я мужик, и знание того, что я у нее первый в чем-то подобном, ― ужасно заводит. С Харлоу для меня все ясно, и мне хочется, чтобы это все было только для нее.