Но сначала мне нужно, чтобы Харлоу со мной поговорила и немного доверилась мне. Я притягиваю ее ближе к себе, и она стонет, протягивая руку, чтобы схватить меня за задницу.
― Расскажи мне про Нью-Йорк. О, Харлоу Джеймс, которая там живет.
Она отвечает не сразу, но я жду.
― Долго рассказывать. Судя по всему, она была занудой. Она была интересной лишь тогда, когда разговор касался ее работы, и скучной во всем остальном. Она была верной женой своему мужу и не брала отпуск. Она просто работала, словно это было единственное, что имело для нее значение: спасать жизни и, ― она делает паузу, сухо посмеиваясь, ― и попытки забеременеть. Она надеялась, что, возможно, ребенок сделает ее цельной и даже спасет ее брак, так что у нее появится подобие семьи. Но когда этого не произошло... Ну, потом ты зализываешь раны и катишься дальше.
Ее откровенность разбивает мое сердце. Я слишком молод, чтобы думать о детях, но я сменил достаточно подгузников Диами и достаточно нанянчился с ним, чтобы сказать, что был бы не против, завести парочку собственных детей.
― Мне так жаль, Харлоу.
― Все нормально. Теперь все намного лучше. Ну, лучше здесь, чем там.
Я прижимаю ее к себе, вдыхая сладкий аромат волос, когда решаюсь задать вопрос, который беспокоит меня с той первой ночи в «Жемчужине», когда я вернулся.
― Тебе было когда-нибудь настолько плохо, что у тебя возникали мысли о том, ну, знаешь, чтобы со всем покончить?
Я чувствую, как она на мгновение застывает, а затем, нахмурившись, поворачивается, чтобы взглянуть на меня, после чего откидывается головой на подушку.
― Разве не у всех такое бывает?
«Вообще-то, нет. Некоторые из нас напиваются или работают до изнеможения», ― я едва не произношу это вслух, но вовремя останавливаю себя.
― Может быть. Но я все еще здесь, верно? С тобой, ― произносит она, пожимая плечами. ― И это касается Харлоу Джеймс, сдержанного хирурга-трасплантолога, ассистента профессора, несостоявшейся как женщина и неудавшейся жены.
― Никто не совершенен, Харлоу, даже хирурги-трансплантологи и опытные ремесленники. Но только то, что ты проходишь через бракоразводный процесс, не делает тебя плохой женой. Некоторые браки просто не складываются.
― Тебе легко говорить. Ты никогда не был женат, верно?
Я пожимаю плечами.
― Нет, но это не значит, что я в этом ничего не смыслю. У моих родителей был счастливый брак, даже, несмотря на то, что моему отцу приходилось часто уезжать.
Она вздыхает.
― Прости. Ты прав.
― Ты ― потрясающая женщина, с учеными степенями или без. И если ты до сегодняшнего дня об этом не знала, тогда я надеюсь, теперь знаешь. Ты чертовски прекрасна, Харлоу Джеймс. Честно. И я говорю это не только из-за того, что мы вместе спим. Я на самом деле так считаю.
― Спасибо, ― посмеиваясь, отвечает она. ― Можешь возглавить мой фан-клуб?
― Запросто.
Внезапно я больше не хочу говорить о Харлоу из Нью-Йорка, о той, у которой нет даже друзей, которые бы ее ждали. Мне намного больше нравится Харлоу из Нью-Мексико, та, с которой всего пару дней назад мы ходили в поход, поднимались на скалы и рассматривали наскальные надписи, и улыбка которой при этом не угасала на лице.
― Скажи, что вызывает у тебя улыбку, ― спрашиваю я, когда она ложится на спину ко мне лицом.
― Ты, ― улыбаясь, отвечает она, пока поглаживает мою щетину на лице, и я не могу перестать скалить зубы, как школьник; все мысли о Харлоу из Нью-Йорка забыты.
― Что еще?
― Твоя улыбка, ― отвечает она, проводя пальцем по моей нижней губе, после чего палец переходит на мою шею и грудь. ― Твоя груда мышц, твои кубики. Твоя задница и твой…
Я хватаю ее блуждающую руку и притягиваю к своим губам.
― Что еще? Для начала из того, чего нет на этой кровати.
Она хихикает.
― Ах, вот ты о чем.
― Да, Харлоу, я об этом.
Она становится серьезной.
― Этот дом. Даже само название «Жемчужина» так умиротворяюще и прекрасно. И этот штат. Как говорится в брошюрах, это «Волшебная Земля». Твоя семья и твои друзья делают ее еще более особенной.
― Под друзьями ты, должно быть, имеешь в виду Гейба, потому что, насколько мне известно, он единственный, с кем ты знакома.
«До сих пор». Надеюсь, она готова к такому, потому что у меня их куча.
Она кивает.
― Да, и я забыла сказать тебе, но он надеется увидеть нас сегодня днем на барбекю.