«Когда-нибудь она будет держать нашего малыша».
Но когда эта мысль приходит мне в голову, еще одна ударяет меня в солнечное сплетение, лишая воздуха.
«Насколько сильно Харлоу желает завести ребенка? Она до сих пор хочет забеременеть, достаточно сильно хочет, чтобы соврать мне о том, что принимает таблетки?»
Эта мысль на несколько секунд оглушает меня, и я, хмурясь, отстраняюсь от нее.
― Ты в порядке? ― нахмурив брови, спрашивает она.
― Да, все хорошо. Я просто соскучился, ― говорю я, когда прислоняюсь своим лбом к ее.
Я не вру. Я соскучился по ней, даже, несмотря на то, что сейчас меня накрывает паника, мое решение заняться с Харлоу сексом, не предохраняясь, не перестает меня беспокоить. «Но этого не может случиться, ведь так?» Не после нескольких заходов за последние пару часов? А когда порвался презерватив? «Что если она забеременела?»
― Я тоже соскучилась, мистер Дрексел, ― бормочет она.
― Тебя все полюбили, Харлоу.
― Они любят тебя. Они, не переставая, говорили о тебе, и о том, как вы с Гейбом вместе росли, ― смеясь, говорит она. ― И они очень тобой гордятся.
― Это мой второй дом, поэтому они знают все мои секреты. К сожалению.
Я закатываю глаза, когда Харлоу хихикает и кивает в знак согласия. Ее улыбка лишает меня всех сомнений. Я даже не слышу, как стиральная машина стучит о стену, я даже не думаю о том, что все, что мне нужно сделать, это открыть крышку и поменять настройки, чтобы шум прекратился. Но, нет, я очарован, и это плохо.
Выражение ее лица становится серьезным.
― Но тебя что-то тревожит, Дэкс. Что-то не так?
― Просто скажи мне, когда будешь готова уходить, ― бормочу я.
― А ты готов уйти?
Я смотрю ей в глаза, упиваясь ею.
― Готов, даже, несмотря на то, что это барбекю Васкесов, и на прощание у нас уйдет, как минимум, час. Они сделают все, чтобы заставить нас остаться.
― И так всегда?
― Довольно часто. Здесь не соскучишься.
― Тогда, думаю, пора начинать прощаться, ― говорит Харлоу, смотря на двери, услышав голоса снаружи. ― И мы уже не одни. Люди, должно быть, думают, что мы здесь кувыркаемся. Или у меня разыгралось воображение от вращения барабана.
Но вращение стиральной машины ― это наименьшая из наших проблем, когда Харлоу открывает двери, а в стороны разбегаются Диами и племянницы Гейба, глядя на нас с широко открытыми глазами и отвисшей челюстью.
― Давно, вы, ребята, здесь подслушиваете? ― спрашиваю я, когда стиральная машина ритмично стучит по стене позади нас. Бух-бух-бух.
― Тебе доктор делала здесь об-сле-до-ва-ние? ― спрашивает один из младших ребятишек, когда я хватаю Харлоу за руку и пробираюсь вперед.
К черту долгие прощания. Я просто хочу остаться наедине с Харлоу, даже если в конечном итоге на меня обидится половина Таоса.
Глава 19
Харлоу
«Почему я чувствую себя как человек, чей медовый месяц подошел к концу?» Сказать, что барбекю для Дэкса оказалось катастрофой, было бы преуменьшением, хотя на улице мы улыбались, когда вышли со всеми попрощаться. Обменявшись то с одним, то с другим парой слов, все разошлись. Теперь Дэкс явно расстроен, и это не относится к тому, что нас подслушивали дети. Но, несмотря на то, что он ничего мне не говорит, я понимаю, в чем кроется причина его настроения. После долгих лет работы в больнице и моей месячной практики в клинике Андреа в Альбукерке, я достаточно хорошо понимаю испанский, чтобы понять большую часть из того, что все говорили, когда думали, что я не обращаю внимания.
«Она намного старше его. Ты в курсе, что она до сих пор замужем?»
Я знаю, что людям сложно сдержаться, особенно, когда они правы. Я старше Дэкса, и я все еще замужем, даже, несмотря на то, что занимаюсь бракоразводным процессом. И Дэкс ― не дурак. Не сомневаюсь, что за это время кто-нибудь успел ему что-нибудь сказать, до конца оставшегося дня стирая этим с его красивого лица привычную усмешку, которую я так люблю. Сейчас он погружен в себя, и, пока мы возвращаемся в «Жемчужину» с доносящейся из динамиков музыкой, я вижу, как белеют костяшки пальцев на его руках, когда он с силой сжимает руль.
― Ты же знаешь, они правы, ― говорю я, нарушая долгое молчание между нами, и даже голос Пола Саймона*, поющего про безумную любовь к кому-то, не облегчает ситуации (прим. американский рок-музыкант, поэт и композитор).
― Что?
― Я о том, что они там наговорили тебе обо мне. То, что я намного старше тебя, и что я технически еще замужем.