Франческа подняла глаза от тарелки:
— Покататься?
Джайлз поставил на стол чашку с кофе.
— Я как-то обещал показать тебе Гаттинг. Сегодня я еду в ту сторону. Мы могли бы на обратном пути завернуть в деревню.
— С удовольствием! Только мне нужно переодеться.
— Не торопись. Сначала я должен встретиться с Галлахером. Когда будешь готова, приходи в кабинет.
Франческа изо всех сил старалась не выказать удивления.
— Да, разумеется.
Она вынудила себя пить чай медленно и подождать, пока он уйдет, прежде чем метнуться наверх, — Милли! — вскричала она, вбегая в комнату. — Мою амазонку! Быстро!
Сбросив платье, она натянула бархатную юбку.
— Хотела бы я покататься? Ха!
До сих пор он ничего подобного не спрашивал. Прийти в кабинет? Она знала, где находится кабинет, но ни разу там не была: не хотела вторгаться без приглашения в его царство.
Стоя перед зеркалом, она застегнула короткий жакет, взбила кружевное жабо и подняла глаза к небу:
— Благодарю тебя, Боже!
Нет ничего хуже, чем любить кого-то и не иметь ни малейшего понятия, позволит ли себе предмет любви ответить на твои чувства.
Стуча каблуками, она быстро сбежала по ступенькам и направилась в его кабинет — в одной руке перчатки, в другой стек, изумрудное перо задорно приплясывает над ухом. Лакей поспешил открыть ей дверь. Франческа лучезарно улыбнулась и переступила порог.
Джайлз сидел за столом. Галлахер устроился перед ним на стуле. При виде хозяйки он поднялся и поклонился.
Джайлз весело усмехнулся:
— Мы почти закончили. Почему бы тебе не присесть на минуту? Я скоро буду готов.
Он взмахом показал на уютное кресло в углу. Она уселась и неожиданно для себя увлеклась разговором. Речь шла о коттеджах арендаторов. Она мысленно отмечала, о чем следует спросить позже: не стоит вмешиваться в их беседу. Еще будет время высказать свое мнение, когда он его спросит. Если он и пригласил ее покататься, это еще не значит, что он готов впустить ее дальше, в эту область своей жизни.
Ибо поместье было той областью, куда он имел полное право не пускать никого вообще. Так поступали многие люди его положения, но Франческа надеялась, что у них все будет по-другому. Управлять большими поместьями было сложно, и ей очень хотелось помочь Джайлзу. Ее интересовал вовсе не вопрос дохода, прибыли и количество мешков зерна с каждого поля. Люди — вот что было для нее главным. Дух общности. Совместная энергия, служившая залогом успеха. В таком имении, как Ламборн, обитатели напоминали большую разветвленную семью, процветание которой зависело от того, как каждый выполняет порученное ему дело.
Может, ее взгляды и наивны, но, судя по его идеям реформы избирательного права, похоже, что их мнения во многом совпадают. Ну а пока только и оставалось, что выжидать. И лениво разглядывать комнату.
Стены кабинета, как и в библиотеке, тоже были уставлены книгами, в большинстве своем счетными. Обозревая стройные ряды, она могла бы поклясться, что некоторые тома относятся к тому времени, когда Роулингсам еще не было пожаловано графство. Только на одной полке теснились тома, не имевшие отношения к бухгалтерии.
Франческа вдруг застыла. Один фолиант в красном сафьяновом переплете отличался корешком шириной не менее шести дюймов…
Она поднялась и подошла к полке. Книга действительно оказалась Библией, которую она искала.
Позади скрипнул стул. Франческа обернулась. Это Галлахер, поднявшись, поклонился сначала Джайлзу, потом ей.
— Миледи, надеюсь, вы хорошо проведете время.
— Спасибо, — улыбнулась Франческа. — Думаю, так и будет.
Муж тоже встал из-за стола и направился к ней.
— Ну что, едем?
Франческа снова повернулась к полке.
— Эта Библия… можно мне ее взять? Твоя матушка упомянула, что там скопировано фамильное древо.
— Совершенно верно.
Он вытащил книгу и с сомнением оглядел тоненькую фигурку жены.
— Пожалуй, я отдам ее Ирвину. Пусть отнесет в твою гостиную.
Франческа обрадованно взяла его под руку, торопясь поскорее сесть в седло.
— Прекрасная мысль.
Уже через несколько минут они выехали со двора. Джайлз повел коней к откосу. Оттуда они полетели, как две стрелы.
Франческа на миг оглянулась. Глаза ее сверкнули вызовом. Пригнувшись к гриве Реджины, она послала лошадь вперед. Кобыла ускорила бег. Но и серый не отставал ни на шаг. Ветер превратил волосы Франчески в черный шелковистый стяг. Свежий, бодрящий воздух наполнил легкие. Сжимая бока кобылы коленями, Франческа все подгоняла ее вперед.
Бок о бок они мчались по холмам. Утренний холодок окутал их. Как передать владевшее ими возбуждение гонки, скорости, скачки?
Лошади и всадники слились в единое целое; топот копыт вторил стуку сердец.
— Постой!
Франческа немедленно повиновалась. Лошади пошли шагом. Здесь отрог был менее крут. Джайлз остановил коня. Франческа последовала его примеру.
Ее грудь бурно вздымалась. Он тяжело дышал. Их глаза встретились, и оба засмеялись, по-дурацки счастливые. Франческа откинула назад непокорные локоны, сознавая, что Джайлз с хозяйским видом оглядывает ее.
Она оглянулась на него, широко раскрыв вопрошающие глаза.
Его губы дернулись. Протянув руку, он шутливо дернул за перо на ее шляпке:
— Пойдем. Иначе мы так тут и останемся.
Он тронул серого. Франческа поехала за ним.
Они медленно ехали вдоль невысоких холмов. Внизу лежали сжатые поля, на которых были сложены вязанки сена и золотистые снопы.
— Это все твоя земля?
— Вниз по реке и дальше.
Он провел дугу от востока к югу и обратно к замку.
— Границы владений образуют нечто вроде овала.
— А Гаттинг?
— На другом берегу реки. Вперед!
Они последовали по дорожке между зеленых лугов, проскакали по каменному мосту. Джайлз пустил серого в галоп. Франческа последовала его примеру. Дорожка делала крутой поворот. Впереди показался старый дом, высившийся среди полей. К нему вела узкая аллея.
У самого начала аллеи Джайлз остановил серого и кивнул на дом:
— Гаттинг. Сначала здесь был небольшой замок, но с годами его перестроили так, что от первоначального здания мало что осталось.
— В нем жили арендаторы?
— И живут. Они в родстве с моими арендаторами, и я знаю им цену. Хорошие, трудолюбивые люди. Нет смысла просить их освободить дом. Лучше поедем наверх. Оттуда ты увидишь всю землю Гаттинга.
Франческа подстегнула кобылу. Они остановились на взгорке.
— Чарлз рассказал мне, как Гаттинг перешел Роулингсам и почему я его унаследовала. Покажи мне границы.
Джайлз с охотой повиновался. По сравнению с остальным поместьем Гаттинг казался совсем небольшим. Франческа так и сказала. Но муж принялся объяснять, в чем заключается значение Гаттинга.
— Без него управление землями по эту сторону превращалось в настоящую головную боль.
— Которую исцелил наш брак? — засмеялась она.
— Которую исцелил наш брак, — серьезно повторил он.
Они ехали в полном мире и согласии, направляясь через поля на запад, и наконец добрались до еще одной тропинки.
Джайлз повернул к реке.
— Она приведет нас к деревне.
Еще один узкий мостик помог им перебраться на другую сторону Ламборна. Они скакали мимо садов, окруженных каменными оградами. Впереди виднелась квадратная церковь, словно нависшая над деревней. Тут же располагалось кладбище. Они наткнулись на аккуратный коттедж за белым забором. Дорожка кончалась у ворот церкви.
Джайлз остановился на повороте и подождал Франческу.
— Вот она, деревня Ламборн.
Улица круто шла вниз, потом постепенно поднималась наверх. Там, где домов уже не было, улица плавно вливалась в большую дорогу, по которой в канун свадьбы катился ее экипаж.
По обе стороны удочки теснились здания всех видов, от сельских домиков, тесно примыкавших один к другому, до более зажиточных коттеджей, окруженных палисадниками. Деревня могла похвастаться также разнообразными лавками, объявлявшими о своем существования ярко раскрашенными вывесками, нависавшими над узкими тротуарами. Самыми большими были вывески двух гостиниц.