Артем помог Вере опуститься в кресло, нежно взъерошил короткие густые волосы, улыбнулся:
— Объясни им хоть что-нибудь.
Отошел в сторонку, достал мобильный телефон.
— Сантьяга? — Посмотрел на Веру: женщина опустила голову на грудь, отвернулся. — Так получилось, что я уже выполнил первую часть контракта. Осталось устроить для масанов шоу в клубе.
— Замечательно! — жизнерадостно отозвался комиссар. — Возвращайтесь в Москву.
Оставшись одна, Инга никак не могла придумать чем заняться. Она долго принимала ванну, нежась в душистой пене, затем исследовала свои ногти на предмет корректировки маникюра, тщательно упаковывала в сумку кожаные доспехи, «кажется, Артему понравилось, как я выглядела». От отчаяния и скуки Инга даже попробовала почитать конспекты к следующему экзамену, но занятая другими мыслями голова наотрез отказалась воспринимать академическую информацию.
Ингу беспокоили мысли о том, как идут дела у Артема и справится ли она, если вдруг позвонит Сантьяга и потребует совершить что-нибудь героическое. С наемником все понятно: кивнет головой, осведомится насчет оплаты и справится, он даже на Хранителя не задумываясь полез, чего уж говорить о каком-то метаморфе? А вот она, Инга, справится? Хотелось бы верить, что да.
Девушка отнесла на кухню грязную посуду, рассеянно постояла перед холодильником, и глаза ее заблестели:
«Вот чем можно заняться! Артему понравится!»
Звонок мобильного телефона, прозвучавший примерно через час, застал Ингу за приготовлением фирменного яблочного пирога. Услышав мелодичную трель, девушка быстро схватила трубку:
— Да?
— Инга?
«Зорич?»
— Кто это?
— Зорич, помните меня?
— Конечно, помню, — осторожно ответила девушка. — Не ожидала, что вы позвоните.
— Вы так быстро исчезли вчера ночью, — голос старика звучал плавным ручейком. — А ведь я обещал вам сюрприз.
— У меня возникли срочные дела! — Инга заставила себя быть игривой. — Надеюсь, вы не обиделись?
— Как можно! — хохотнул в ответ Зорич, затем посерьезнел: — Инга, мы должны увидеться. Вы можете приехать в клуб прямо сейчас?
— Странное предложение, — выдержав паузу, сказала девушка. — У меня есть планы на сегодняшний день.
— Прекрасно понимаю, но дело важное. Это связано с Людмилой Пупырышкиной.
— А что с ней? — насторожилась Инга.
— Вчера ночью она, как бы это помягче выразиться, немного увлеклась. К сожалению, мы поняли это только утром и едва успели принять меры.
— С ней все в порядке?
— Сейчас уже да, но мне бы очень хотелось, чтобы вы приехали. — Зорич был весьма убедителен. — У меня неприятности, Инга, и я прошу вас помочь.
— Видимо, дело серьезное.
— Более чем.
— Я буду у вас в течение часа, — решила девушка. — Мне надо собраться.
— Я жду.
Инга отключила телефон и задумчиво пригладила рыжие волосы.
«Ясно, что красноволосая Пупырышкина всего лишь предлог, наверняка с ней все в порядке, а Зоричу нужна я. Это подстава! — Девушка почувствовала, как ее охватывает азарт. — Противник делает ответный ход! Прекрасно! — Инга повертела в руках трубку. — Позвонить Артему? Он запретит ехать в клуб одной. И будет прав».
«Почему это он будет прав?»
«Это не игра, надо быть осторожной».
«Не говори ерунды. „Заведение Мрака“ уже под колпаком Темного Двора, и к вечеру от него останутся одни головешки! — Инга вспомнила, каким тоном Артем произнес: „Нанесем визит“. — Зорича можно считать покойником, а значит, узнать о нем хоть что-то можно только сейчас. Решайся, старушка!»
«А чего тут решать?»
Инга бросила телефон в сумочку и пошла одеваться.
Он договорился, что встретится с Сантьягой неподалеку от «Заведения Мрака», в уютном кафе, где столики располагались прямо на гранитной набережной Москвы-реки и тянущийся с воды влажный воздух приятно обдувал посетителей, заставляя забыть о раскаленном асфальте города. Но прежде Артем хотел выяснить еще одну, вызывающую любопытство деталь и потому пригласил в кафе старинного приятеля.
— Очки? — удивленно переспросил брат Ляпсус, с удовлетворением наблюдая, как официант выставляет перед ним очередную запотевшую кружечку пива.
Тощий и жилистый Ляпсус происходил из семьи Эрли, единственным занятием которой была медицина. Оттачиваемое тысячелетиями искусство вызывало уважение даже у Великих Домов, и эрлийцы считались лучшими докторами в мире.
— Тебе нужны очки?