— Судя по тому, что очки еще украшают твой нос, ты сдержал свои обещания.
— Разумеется, — согласился Зорич, но в душе у него зародилось подозрение: увлеченная рассказом Инга забыла выразить удивление самим фактом существования очков. — Выполнить обещание было нелегко. Загадка, которую загадал мой спаситель, не давала мне покоя, но я был не настолько глуп, чтобы делиться своими подозрениями с врачами. Меня выписали, дали инвалидность, назначили пенсию и посадили в поезд. Я сошел на первой же большой станции и исчез.
— И стал копать?
— Ни в коем случае, — старик опять прошелся по кабинету. — Сначала я считал, что мне помогли инопланетяне, в те времена истории о тарелочках были очень модными, и все необычное и непонятное автоматически списывалось на них. Могущественные пришельцы из космоса! Много я мог накопать против них? К тому же я испытывал громадную благодарность за свое спасение и не собирался рисковать.
— И чем же ты занимался?
— Разным, — медленно ответил Зорич, он явно не хотел распространяться об этом периоде своей жизни. — Мой благодетель оказался прав: мне пришлось жить заново, почти с нуля. Уверяю, что для без пяти минут генерала это очень сложное занятие. Надо было стать очень сильным. К тому же я никак не мог найти цель, не мог понять, для чего живу.
«Удачливый карьерист на обочине. Старик привык жить для чего-то и растерялся, оказавшись предоставленным самому себе».
— Я бродил по империи. К счастью, мой благодетель выправил мне документы военного пенсионера, и у меня не было проблем с полицией. У меня были проблемы с самим собой, сложные проблемы, и они закончились только после того, как я встретил Анну. Это было настоящее чудо. Второе чудо, которое произошло со мной. Самое главное: Анна была такой же отверженной, как я. Дар, которым она владела, едва не погубил ее. Ее ненавидели, считали уродом, ведьмой, она же была молода, боялась всех и вся, а больше всего — своей силы. Ужас пожирал ее, но я сумел ей помочь.
— А заодно догадался, откуда у тебя очки, — хмыкнула Инга.
— Верно, — старик помрачнел и потер подбородок. — Когда я увидел, на что способна Анна, я понял, что инопланетяне ни при чем. Если у простой деревенской девчонки могут быть такие возможности, то наверняка где-то есть и другие люди. — Зорич помолчал. — Колдуны. А еще я понял, что эту силу можно использовать. У меня появилась цель.
— Не самая великая в мире.
— Что делать, я здорово изменился с тех пор, как снял погоны. Не за горами старость, и хочется встретить ее у камина в большом, красивом доме, а не в приюте для бродяг.
— Не слишком ли долго ты шел к своей цели?
— У нас не все получалось, — признался старик. — Анне потребовалось много времени, чтобы научиться использовать свой дар по-настоящему хорошо.
— А тебе пришлось потратить немало усилий, чтобы сделать из нее то, чем она стала сейчас, — догадалась Инга.
Черные очки несколько секунд буравили лицо девушки.
— Да, — негромко сказал Зорич. — Она была напугана, но не озлоблена.
— И ты слепил из нее зверя.
— Жизнь — жестокая штука, — широкоплечий старик навис над худенькой девушкой. — У меня не было выбора.
— А ведь ты действительно умер в Афгане, Зорич, — жестко произнесла Инга. — Ты действительно умер.
— Я приехал! — сообщил Артем в телефонную трубку. — Высылайте танковую бригаду!
Наемник отключил мобильный телефон и вышел из «Круизера», потянулся, вздохнул: надо торопиться, и открыл заднюю дверцу автомобиля.
Проклятый сверток оказался гораздо тяжелее, чем предполагал Артем. Разумеется, хитрые навы таскали его вдвоем, а ему приходится надрываться в одиночку! Проклятая конспирация! Наемник, кряхтя, вытащил из джипа куклу, взвалил ее на плечо и подошел к дверям «Заведения Мрака».
— Открывай калитку! Не видишь — руки заняты!
Гориллообразные настороженно смотрели на наемника:
— Я к Зоричу!
— Мы знаем. Оружие есть?
— Нет.
Один из громил тщательно обыскал Артема:
— Он чист!
«Гюрза» мирно висела в кобуре прямо перед носом охранника, но это была особая кобура, защищенная чарами, поэтому и увидеть, и нащупать ее мог только маг.
— А это что? — Громила подозрительно посмотрел на сверток.
— Подарок для Зорича, — хмыкнул наемник. — Не бойся, не бомба.
— Вроде бы чей-то труп? — Ротвейлеры, обнюхивающие сверток, жалобно заскулили.