— Я просто не знаю, могу ли. Или это сделает меня ужасной женщиной.
— Скажу вам, как мужчина, если ваш молодой человек оставляет вас в таком подвешенном состоянии и бросает, не интересуясь, как вы поживаете, это значит только то, что ему все равно.
— Может, вам и удалось прочесть все это меж строк, но вы не знаете всех его обстоятельств.
— Не знаю, вы правы. Я совершенно не знаю его обстоятельств. Но на то, что означает такое опрометчивое поведение мужчины, я уже имел дерзость пролить вам свет. Ему все равно. Чем скорее вы это поймете, тем скорее вам станет лучше. Мы увидимся вновь?
Она не могла ответить ни да, ни нет. Ей совершенно точно не нужен был никто, кроме Глеба, но если более его не могло быть в ее жизни, если сейчас он обнимает Дарину, с которой засыпает и просыпается, то что до ее невинных свиданий с другим мужчиной? Она глянула на спутника снова. Нет, он не был ей противен. Мире от мысли коснуться его противной она делалась сама себе. Она сама себе не простит, даже если всего лишь дотронется его руки.
— Простите, кажется, не только фильм оказался тратой времени, но и я.
— Что ж, за прямоту спасибо. И все же уходите от него. Прощайте.
Странно, но она все равно почувствовала себя ужасной женщиной. За то, что украла чужое время. Но дозволь она кому-то, помимо Глеба, себя коснуться, было бы еще хуже.
Мира возвращалась в хостел и все думала о «своем» мужчине. «Интересно, а что чувствует Глеб, касаясь Дарины? Он вынужден терпеть ее рядом с собой? С какими чувствами ему приходится отыгрывать эту роль? Неужели так в нем много благородства, что он в самом деле готов пробыть с нелюбимой женщиной пару лет, ради ребенка? Или все это откровенная чушь, и Глеб ровно там, где ему хочется быть?»
Глава XVI. Поволока
Глава XVI. Поволока
Миновало еще две недели. Мира шла с работы, поднялась, как обычно, в хостел, свернула по коридору и, резко остановившись, замерла, не веря. У двери ее номера стоял человек, увидеть которого она ни за что не ожидала. И так приветливо и по-родному светилась для нее улыбка, отчего принять за правду происходящее стало еще тяжелее.
— Это и правда ты? — дрожал голос Миры.
Злата прошагала навстречу и прижала едва не рыдающую голову подруги к груди:
— Значит, мы с Таей все верно поняли. Все с тобой еще хуже, чем мы предполагали, да?
— Тая тоже здесь?
— Нет, да и я приехала всего на день. Пойдем умоемся, я помогу тебе собрать вещи. Нам еще билет покупать.
— Чего? Я никуда не поеду, — Мира сопротивлялась и упиралась ногами, когда Злата вела ее в сторону раковин.
— Одна бутылка коньяка и Хелес все о вас с Глебом рассказала. О том, как мерзко эта сволочь бросила тебя здесь.
— Меня никто не бросал. Так просто сложились обстоятельства! — перебивала Мира шум напора воды, бившего в раковину.
Они прервали разговор, пока Злата насильно умывала подругу.
— Ну что? Успокоилась? А теперь пошли собираться.
— Я никуда не поеду.
— Мира, ты в большой беде. Ты, к сожалению, даже этого не понимаешь. Пойми хотя бы то, что мне было очень непросто вырваться с работы даже на один день. Думаешь, я бы приехала, не будь острой необходимости?
— Вы с Таей просто не так все воспринимаете.
— Мира, единственный человек, лишившийся дара все ясно воспринимать, это — ты, — Злата говорила очень спокойно и медленно, четко осознавая, что разъясняет все подруге, несколько менее здоровой, чем раньше.
Наша героиня противилась, стала вмиг неразговорчивой, и уже знала наверняка, что поделись она правдой, поведай об истинных чувствах и переживаниях, Злата и Тая заберут ее в родной город, и их история с Глебом окончится навсегда. Но она ведь просто обязана узнать, что он предпримет в этой ситуации, когда он оставил ее после фразы «я была у врача». Ей до смерти нужно было узнать, что между ними дальше. У нее же все еще хранилось кольцо — бесценное от него заверение, что он подарил ей. Она в самом деле думала переждать пару лет, ведь готова была строить с ним счастье, пусть и воздвижение каждого кирпичика — бесконечное мытарство. Но расскажи Мира всю правду подругам, те тут же заберут ее отсюда, а потому их с Глебом проблемы должны остаться в тайне. Объяви Тая и Злата о происходящем семье — пиши пропало, а того нельзя допустить, потому надо собрать волю в кулак и всеми силами доказывать, что все в ее жизни лучше, чем когда-либо.