Ближе к полудню Келли уже окончательно проснулась и читала журнал, который я прихватил для нее на последней остановке. Она лежала на спине, сняв кроссовки, полностью поглощенная чтением. Мы молчали. Мы пребывали в мире оберток из-под сластей, пластмассовых кофейных чашек, пакетов с чипсами и бутылок колы, в которых плавали кусочки чипсов.
— Келли?
— Ммм?
— Ты ведь знаешь, что папа устроил в доме тайник для тебя с Айдой?
— И что?
— А ты не знаешь — у папы был еще какой-нибудь тайник для важных вещей, вроде денег, или где мама могла бы хранить свои кольца?
— Да, конечно, у папы было свое, специальное местечко.
— И где это? — спросил я.
— В его берлоге.
Звучало складно. Но в этой комнате все хорошенько разворотили.
— Где именно?
— В стене.
— Где именно в стене?
— Говорю же — в стене! Однажды я видела, как папа это делает. Нас туда не пускали, но дверь была открыта, а мы как раз пришли из школы и увидели, как папа там что-то прячет. Мы стояли прямо за дверью, и он ничего не узнал.
— За картиной? — спросил я, хотя Кев ни в коем случае не мог оказаться таким тупицей.
— Нет, за деревяшкой.
— Деревяшкой?
— Да.
— Сможешь мне показать?
— Ах, так вот мы куда едем! — Она внезапно выпрямилась. — Я хочу повидаться с Дженни и Рики.
— Мы не сможем увидеться с ними, потому что, когда мы приедем туда, они будут заняты.
Она посмотрела на меня как на сумасшедшего:
— Это же мои мишки, я тебе говорила! Они там, в моей спальне. Могу я их забрать? Я им нужна.
У меня в прямом смысле голова пошла кругом.
— Конечно, можешь. Если будешь вести себя тихо.
Я понимал, что разговор на этом не закончен.
— А я смогу увидеть Мелиссу и извиниться, что не пришла?
— Нам будет некогда.
Она снова откинулась на сиденье, о чем-то задумавшись.
— Но ты позвонишь ее маме?
Я кивнул.
Стали появляться указатели на Вашингтон. Мы были в пути уже почти восемнадцать часов. Я чувствовал резь в глазах сильнее, чем когда-либо, хотя кондиционер был включен на полную мощность.
Мы приехали в столицу через два часа, но все равно оставалось убить еще несколько часов до заката. Я загнал машину на площадку отдыха и постарался заснуть. Ночь обещала быть напряженной.
Келли сидела сзади, занимаясь чем-то своим и дыша запахами затхлой еды, пота и моих кишечных газов.
Примерно в шесть вечера мы подъехали к съезду на Лортон. На этот раз было дождливо, небо затянули тучи. Ехать оставалось около сорока пяти минут.
Я не мог различить Келли в зеркале. Она снова улеглась на сиденье.
— Не спишь?
— Нет, просто я устала, Ник. Уже приехали?
— Я тебе ничего не скажу. Это должен быть сюрприз. Пригнись, не хочу, чтобы тебя видели.
Я въехал на Медвежью тропу, ведя машину сверхосторожно, объезжая все ухабы, чтобы иметь возможность смотреть по сторонам. Все выглядело вполне нормально. Отсюда мне была видна задняя дверь гаража Кева, входную дверь в дом я еще не видел.
Наконец подъездная дорожка открылась мне полностью. У входной двери стояла полицейская машина. Без проблем, просто гляди вперед, веди себя нормально.
Я подъехал поближе, не переставая смотреть в зеркало заднего вида. Боковые огни были включены, в машине сидели двое полицейских. Собственно говоря, они торчали здесь, чтобы отгонять зевак. Дом еще не был оцеплен, но по периметру протянулась желтая лента.
Я продолжал ехать по прямой не сворачивая и не мог понять, смотрят они на меня или нет. Если они даже захотят проверить номер, когда я буду проезжать мимо, — не важно. Они выйдут только на Большого Аля. Если я хоть чем-нибудь себя выдам, то просто сбегу и оставлю Келли здесь. Может, полицейские окажутся хорошими ребятами и приглядят за ней. По меньшей мере это было бы логично, если не считать одной загвоздки. Я обещал, что не брошу ее; невелико обещание, но слово есть слово.
Доехав до конца дороги, я свернул направо, чтобы как можно скорее скрыться из виду, затем описал большой круг, чтобы оказаться позади полицейских. Мы выехали к короткому ряду магазинчиков. Стоянка находилась в квартале от них, так что я поставил машину там, не привлекая внимания.
— Магазины! — взвизгнула Келли.
— Верно, только мы ничего не можем купить, потому что у меня почти не осталось денег. Но мы можем пойти к вам.
— Ура-а-а! А можно я заберу Полли и Дурашку тоже?
— Конечно, можно.
Я не имел ни малейшего понятия, о чем она.
Обойдя машину, я вытащил сумку из багажника, потом открыл заднюю дверцу. Бросив сумку на сиденье рядом с Келли, я наклонился над ней и стал выбирать из набора инструменты, которые могут мне понадобиться.