Вытерев руки пучком травы, я стал готовиться к работе. Осторожно расстегнул «молнию» на сумке и достал дешевый, ужасный на вид темно-синий комбинезон; возможно, именно в таком был один из друзей Кева.
Передо мной стоял следующий рубеж, хотя «рубеж» не совсем то слово. Перебраться через высокую изгородь с сорокафунтовой сумкой — значило наделать куда больше шума, чем хотелось бы.
Вытащив конец веревки из пиджака, я сжал его зубами. Подошел к ограде и поднял сумку на уровень плеч. Поддерживая ее плечами, привязал ручки к верхней части изгороди узлом, который можно было легко развязать, и перебросил веревку на ту сторону.
Проверив оружие, я просунул пальцы в кольца изгороди и стал карабкаться вверх. Перебравшись через нее, я снова остановился, огляделся и прислушался; только тогда снова взобрался наверх и подтянул сумку. Спустившись вниз, ухватил свободный конец веревки и дернул. Сумку перебросило через изгородь, и она обрушилась на меня всей своей тяжестью. Присев на корточки, я снова огляделся и прислушался.
Работа в одиночку требует предельной сосредоточенности, потому что ты не можешь наблюдать и работать одновременно, хотя необходимо и то и другое. Поэтому приходится постоянно перемежать одно другим; ты либо делаешь работу, либо наблюдаешь. Попробуй делай все сразу — и тебя накроют.
Я встал, перекинул сумку через левое плечо и осторожно расстегнул липучку комбинезона, чтобы в случае необходимости сразу выхватить пистолет. Затем не спеша двинулся к левому крылу здания.
Прежде чем что-нибудь предпринять, мне надо было справиться с детектором движения. Я стоял слева от него, спиной к стене. Взяв сумку в левую руку и не спуская глаз с датчика, расположенного высоко надо мной, я стал медленно к нему подкрадываться. Приблизившись на расстояние, которое, по моим оценкам, более или менее позволяло мне оставаться незамеченным, я нагнулся и поставил сумку у ног. С этого момента все, что я собирался сделать, должно было происходить в непосредственной близости от сумки.
Лучи безопасности, реагирующие на движение, сильно осложняют жизнь людям вроде меня, но только если они перекрывают все здание. Мне показалось странным, что установлен всего один датчик, а не два или три, которые накладываются друг на друга и позволяют избежать «мертвых» зон. Я ждал, что меня в любое мгновение может перехватить детектор, которого я не заметил. Но кто бы ни устанавливал систему безопасности, он явно исходил из предпосылки, что охранять нужно только нижний аварийный выход, а не пути подхода к нему.
Было около часа ночи, и это значило, что до рассвета мне остается больше пяти часов. Время работало против меня, но я не собирался ударяться в спешку. Я прошел длинным, кружным путем и подобрал один из поддонов. Просунув обе руки между деревянных планок, я тесно прижал его к груди и медленно двинулся вперед. Земля была все еще покрыта слоем жидкой грязи, и мои ботинки скользили. Наконец я достиг стены, прислонил к ней поддон по свою сторону сумки и отправился за вторым.
Я составил оба поддона клином, так, что верхняя часть второго выступала за край первого, и у меня получилось нечто вроде лестницы. Я остановился, пригляделся и прислушался. Поддоны были тяжелые, и я ничего не слышал, кроме дыхания, тяжело вырывавшегося из моей пересохшей глотки.
Я взобрался на первый поддон — уже неплохо. Затем ступил на второй, и он тоже показался достаточно устойчивым. Я полез вверх. Не успел я подняться на две перекладины, как все сооружение закачалось и рухнуло. Я грянулся оземь, как мешок с дерьмом, а поддоны с впечатляющим грохотом обрушились один на другой. Черт! Черт! Черт!
Я лежал на спине, один из поддонов упал мне на ноги. Никто не прибежал выяснить, в чем дело, не было слышно собачьего лая, не загорелся свет. Только шум транспорта да я, глотающий слюни, чтобы во рту была хоть какая-то влага.
К счастью, все произошло с моей стороны сумки. Приподняв поддон, я выполз из-под него, тихонько ругаясь. Плохо дело. Но что я мог сделать — купить лестницу в торговом центре и принести ее к объекту? Я подобрался к углу здания, лег, опираясь на кончики пальцев рук и ног, словно готовясь делать отжимания, и выглянул на Болл-стрит.
Я по-прежнему злился на себя. Я мог хоть всю ночь напролет строить планы, прежде чем столкнуться с датчиком движения. Может, мысль принести лестницу была не такой уж и глупой? Я заранее мог спрятать ее где-нибудь, а затем подобрать по дороге. Но теперь было уже поздно.