Она чувствует, как ее несет. Как она эмоционально разгоняется, а на фоне этих эмоций уплывает способность разумно все оценить. Это ее любимая дочь, которая ведет себя странно. Но она подросток, к ней нужно найти подход, найти верные слова. Нужно понять ее – и показать ей, что мама ее понимает и хочет помочь.
Аленка еще не успевает ничего ответить, как Наташка выдыхает и садится рядом с ней на край постели.
- Я вижу, что у тебя внутри масса разных переживаний. И мне очень хочется, чтоб ты мне доверяла. Потому что я люблю тебя и желаю тебе только самого хорошего. Мне тоже когда-то было тринадцать. И тоже казалось, да и сейчас порой кажется, что мир против меня, все против меня. И никто не хочет помочь. Что я несчастна, что никто не замечает мою боль, мои проблемы. Но это не так, дочь.
Аленка улыбается. Она спокойна, что еще больше пугает Наташку.
- Ма, да все норм. Не парься. Я вполне счастлива. Просто стоило, может, дверь прикрыть, одеялком сверху, да и вообще одеться? При наличии ребенка в доме, - голос ее полон сарказма.
- Ты абсолютна права, милая, - Наташка притягивает ее к себе. – Слишком много вина на корпоративе. Прости меня.
Верный тактически ход. Дочь прижимается к ней, обнимает ответно – и Наташка чувствует, как невидимые колючки ежистой девочки втягиваются под кожу.
- Разрешишь еще немного вздремнуть? – шутливо вопрошает Наташка. Аленка важно кивает, едва сдерживая смех:
- Только без всяких там безобразий! – и грозит пальчиком.
***
Новый год планируется отмечать в ресторане. Столик забронирован на пятерых – Наташку с Аленкой, Катю с мужем и Вероникой. Ярику было предложено, но как подозревалось, он отказался.
- Я всегда в полночь дома, с предками, а потом сваливаю по друзьям. Мы обычно на даче отмечаем, - в голосе присутствуют оправдательные нотки.
Вплоть до самого тридцать первого Наташка с Яриком практически ежевечерне, еженощно и ежеутренне вместе. Селится некий покой между ними. Наташка предполагает, что длинные зимние выходные Ярик будет шататься черти где, и морально готова к этому.
В праздничную ночь она пишет ему: «Мне жаль, что ты не рядом», и он отвечает ей: «Мне тоже, Тась» И от этого ласкового «Тась» Наташка впадает в полнейшее умиротворение.
Как ни странно, уже второго января утром Ярик звонит:
- Я скоро приеду.
Наташка удивлена, она мечется по квартире в судорожных попытках срочно привести в порядок все вокруг и себя, в том числе. Выуживает из недр шкафа припасенный ему подарок (Ярик заказал себе специальные носки для похода). Даже успевает провести ревизию холодильника (там обычно полки пустеют числу к пятому, не раньше).
Он заходит стремительно, целует ее и практически выдыхает в рот:
- Наташка, ты не поверишь.. Я так трахаться хочу..
Такое откровение вызывает у нее секундный стопор, но она быстро соображает.
- Так за чем же дело стало? Пойдем в ванную.
Ярик слегка смущен, очевидно, собственным заявлением, он быстро разгружает рюкзак, полный разнообразного алкоголя.
- Аленка дома? – спрашивает.
- Да, но у нее треп с подружкой, которая теперь в Германии живет. Это на пару часов, она в наушниках, - заверяет Наташка.
- Давай хоть по глотку за Новый Год выпьем сначала, - предлагает Ярик.
Они идут на кухню. Он разливает шампанское по бокалам, они чокаются. Делают действительно по глотку.
- Сейчас накрою закуску, - Наташка собирается развернуться к холодильнику.
- Стой! – велит Ярик. В приказном тоне. Она замирает перед ним. Он жадно ест ее глазами, застревает взглядом на ключицах. – Покажи мне грудь, пожалуйста, - голос его становится хриплым, рука ложится на штаны, через которые прекрасно видно, как набухает его член.
Наташка в домашнем платье с глубоким декольте. Дыхание учащается у нее в миг, соски затвердевают по пути извлечения груди из бюстика. Ярика не хватает даже на десять секунд спокойного созерцания, он дергается и припадает к ней губами. Наташка пульсирует вся, от кончиков пальцев ног до макушки, и, кажется, вот-вот закапает влагой из трусиков весь пол.
- Нне могу-у-у больше, - стонет Ярик, рывком сдирает их и сажает Наташку на себя. Их бешеная скачка занимает минуты, но кончают они почти одновременно, залепив рты поцелуем, не давая прорваться крикам эйфории. Он трезвеет значительно быстрее нее, Наташку же еще какое-то время потряхивает. Она каждый раз думает, что круче быть не может, но каждый последующий секс ей доказывает обратное. Иногда ей кажется, что она сейчас просто умрет от блаженства.
- Нереальный кайф, - выдыхает Наташка, когда сладкая нега окончательно выветривается из тела.
- Ага, - кивает Ярик. Он уже активно жует что-то, извлеченное из холодильника.