- Емае, ты как поедешь товар развозить? – ужасается она и выдает ему пару домашних сырников. – Поешь - может, заглушат…..
Ярик послушно и сосредоточенно жует, наспех запивая горячим кофе. Наташка не дергает, спокойно курит рядом.
- Он из дома ушел, к другой тетке, - выдает, наконец. – Вчера вещи собирал, отвез, вернулся, ну и мы говорили… Хотя что там говорить.. Пили больше.
Голос у Ярика поникший. Информацию он всегда выдает скупо, а тут – глубоко личное. Ему сложно, Наташка видит и все понимает. Да, Ярик уже не маленький ребенок, но когда происходят изменения в семье, на это невозможно реагировать спокойно.
- В принципе, я давно подозревал, что этим дело кончится, - продолжает он. – Сам ее еле выношу, - он, очевидно, говорит о матери. – Она же совершенно больная…
- Сейчас и ей, наверно, тяжело?- предполагает Наташка.
Ярик дергается, как от пощечины.
- Ей тяжело с того момента, когда ее первый раз приглючило, что батя шпилит кого-то еще, а это лет десять назад было. У нее характер всегда был не сахар, ну и видать, в какой-то момент все глубокие чувства его сплыли. А когда еще эта паранойя началась… - он обрывает себя на полуслове и замолкает.
С минуту они курят молча.
- Ты не жди меня сегодня тоже. И вообще, не знаю, когда смогу приехать.
Наташке очевидно, что Ярик пытается задеть ее из своей боли. Но переживать это безболезненно она не может, тем паче, что и за него волнуется.
- Как скажешь. Только знай, что если тебе нужна какая-то помощь или поддержка, ты можешь на меня рассчитывать.
Ярик смотрит на нее удивленно, видимо, ожидал получить в ответ агрессию, обиду, но никак не смирение.
- Ты просто золотая, Наташ… Как тебе это удается?
- Да брось, это опыт жизненный, - она пожимает плечами, думая про себя: «Просто я сделаю все, чтобы хоть сколько-то продлить тебя в своей жизни…»
- За ней нужно присмотреть, понимаешь? Ты меня прости, я очень хочу быть у тебя уже сегодня. Но мама стоит на учете, и не просто так… - наконец, признается Ярик.
- Психиатрия? – он кивает. Становится даже жутковато.
- Попытка суицида была… - больше он ничего не рассказывает, да Наташке и не нужно. Она оглядывается вокруг – никого из коллег нет – и притягивает его к себе, как ребенка, гладит по волосам. Они оба против прилюдной демонстрации чувств и взаимосвязей, но сейчас ей хочется поделиться с ним своим теплом, утешить. С пару секунд Ярик слушает размеренный стук ее сердца, прижавшись к Наташкиной груди. Потом встает выкинуть окурок.
- Спасибо тебе, - говорит он, и в его глазах настоящая любовь. Наташка поклясться бы могла, что это она самая. Но разум тут же осаживает: «Ты не имеешь права делать выводы за человека». И это факт, ведь флер эмоций может раздуть простую благодарность до нереальных высот.
Неделю Наташка варится в собственном соку, урывками переписывается с Яриком и отмахивается от вопросов Аленки. Нанимает той все же репетитора по физике (посоветовали знакомые), дочь обижается.
- Я бы и так справилась!
- По дневнику заметно, - устало парирует Наташка.
- Ну ,Ярик бы помог! Не обязательно приезжать, я могу позвонить ему, спросить!
- Да оставь ты в покое Ярика! Думаешь, у него других проблем нет, как тебе уроки делать? – она срывается на крик. Дочь в ужасе смотрит на нее. Наташка выбегает из комнаты, оседает в кресле на кухне, курит и плачет. У нее ПМС. Состояние усугубляется все больше с каждым разом. Она чувствует себя дико несчастной, неспособной никому помочь, особенно себе. Все валится из рук, нет контроля над всем происходящим, полный хаос.
Наташка полностью осознает, что это. Но бороться никак не выходит. Ничего из предложенного гинекологом не срабатывает. Помогает присутствие способного выдержать сие человека. Но Ярика нет рядом, да и не тот он человек. Бывший был способен.
- Прости, ма, - Аленка приходит к ней, тоже хлюпая носом.
- И ты, дочь.
***
Обстановка дома у Ярика тяжелая. Он каждое утро скупо делится с Наташкой.
- На работу она не ходит, я попрятал все колюще-режущие предметы на всякий случай в своей комнате, под замок, таблетки прописанные пытаюсь заставлять пить, она огрызается, хамит, за собой не следит, не моется уже который день, - это краткая выжимка из его рассказов.
К пятнице его уже совсем выносит.
- Я не могу так больше. Мне страшно из дома уезжать, вдруг эта дура что-то сотворит, - грубо говорит Ярик. – Предлагал ей к врачу съездить, закрылась в комнате, пришлось замок ломать. Еле сдержался, чтоб не ударить ее….
- Но и дома постоянно ты быть не можешь, - замечает Наташка.
- Батя хорош, ноги сделал и не парится, - его голос полон горечи. – Поеду сегодня сам к врачу. Поговорю.