На веранде огромный диван, перед ним столик. На нем миска салата – Ярик его заранее приготовил - и дымящийся куриный шашлык. Он пахнет так, что у Наташки начинается обильное слюноотделение, и на вкус оказывается просто восхитителен. Дальше все у нее смешивается напрочь – куда-то двигается стол, сбрасываются вещи, сплетаются ноги, руки, языки, ритмично двигаются тела. Ярик под ней ловит губами ее раскачивающиеся соски, она выгибается в конвульсиях и впивается ногтями в его бедра, чтоб удержаться сверху.
Наташка даже не помнит, как засыпает. Пробуждение тяжелое – она полностью в капкане его рук, буквально насквозь мокрая от духоты, как и Ярик, голова мутная. Он вскакивает голый, как есть, распахивает дверь на улицу, и снова падает в постель.
Утренний секс значительно облегчает похмелье.
Наташке – обратно на работу. Времени в обрез.
- Давай чаю сделаю с блинчиками? – предлагает Ярик. Наташка умиляется его заботливости, но мотает головой. Какой там чай, пивка бы, но нельзя.
Вчерашняя футболка, совершенно измятая, извлекается откуда-то из-под дивана. Хорошо, и ее запасную она взяла. На макияж сил нет вообще.
Наташку распирает блаженство. Он провожает ее на электричку. Сует ей в руки отчетные документы.
- Извинись за меня перед Ленкой, - это их бухгалтер, - что не сдал раньше.
- Палево, - подмигивает Наташка. Ярик пожимает плечами:
- Да скажи, мимо проезжал, да завез тебе.
Она опаздывает на работу, это происходит редко и не остается незамеченным.
Офисные тетушки налетают на нее:
- Где была, где ночевала?
- Да дома, я ж даже в другой одежде, - смеется Наташка.
- Ну да, ненакрашенная и с чемоданом вчерашним, - заливаются хохотом они.
Она бочком пробирается к Ленке и кладет ей на стол Ярикову пачку документов. Та улыбается, но расспросы прекращаются.
Ближе к вечеру она вылезает на пандус перекурить. Солнце ласково греет ресницы, сигаретный дым причудливо улетает в небо, усталая Наташка растворяется в своем умиротворении. Пока рядом с ней не припарковывается белый Рено Логан. Оттуда вылезает бывший.
Умиротворение не то, чтобы выветривается, – приуменьшается.
- Какими судьбами? – вопрошает она. Бывший садится рядом на скамейку и внимательно смотрит на нее.
- Фигово выглядишь, Наталья.
- Спасибо, - смеется Наташка. – Мало спала сегодня.
- Ну, не буду спрашивать, почему. Угости сигареткой.
Они курят и болтают ни о чем. Он явно ждет хоть намека на то, что она соскучилась. Ей – ну абсолютно не до него. Но «хорошесть» при ней, и она тщательно выбирает слова. Не говорит ничего лишнего и уводит диалог от опасной темы своей явно кем-то еще увлеченности.
Бывший уезжает грустным, Наташка до вечера остается довольной собой. Пока в порыве чувств не пишет Ярику: «Хочу обратно к тебе». Сообщение улетает в пустоту.
***
Она держится ровно и планирует поездку в лагерь к Аленке. Там красивые места, озеро, но добираться общественным транспортом сложно. Водить Наташка не любит и всячески избегает. Чем не повод обратиться к Ярику? «Ну, мне не особенно удобно это, за тобой приедь, туда отвези, потом отвези обратно – и снова на дачу, круги мотать», - приходит ответ. Очень неприятный ответ. Словно Наташка не знала, что дача и лагерь в разных направлениях совсем. Зато честно.
Она ломает голову над тем, как избежать личного управления автотранспортом. Звонит еще паре подружек, ведь это неплохой вариант провести день – там можно искупаться, позагорать, пожарить мясо. Но все заняты. Отчаявшись, она звонит бывшему. Тот, конечно, рад ее слышать и сразу соглашается.
Но Наташку коробит. При чем так сильно, что утром того самого воскресенья она звонит ему:
- Прости, тут родители тоже собрались навестить Аленку, так что поедем вместе.
День, в общем-то, проходит отлично. Выступление дочери дает Наташке повод гордиться – явно всхуднувшая Аленка танцует, как парит над землей. Даже слезы умиления выступают. Наташка отмечает, что становится все более сентиментальной.
- Ма! – дочь кидается к ней обниматься. Глаза сияют, волосы причудливо заплетены зигзагом.
Всю прогулку до озера Наташка допытывается до нее про личный фронт (явно же что-то происходит!), но Аленка стойко держит оборону.
- Да что ты, нет тут никаких пацанов нормальных, я тебя умоляю! Не в кого влюбляться! Сейчас я как начну тебе такие же вопросы задавать! – даже раздражается она. Наташка включает заднюю:
- Ну ладно, дочь, не бесись. Еще на смену остаешься?