Заглядевшись на игру прекрасных морских тварей, Юлдуз совсем не заметила, как береговой пейзаж изменился. Скалы пропали, уступив место пологим склонам, поросшим лесом. А затем они сменились покрытыми осыпями сопками. По ним рос небольшие кустарники и жухлая, выжженная жарким летним солнцем, трава. На одной из возвышенностей появились два десятка всадников. Все они были облачены в черные кожаные доспехи и шлемы с закрепленными на них лисьими, волчьими и конскими хвостами. У каждого на поясе висела кривая сабля, а возле седла был прикреплен лук и колчан со стрелами. Легкие, круглые щиты закрывали спину. Только завидев паруса, медленно выплывающий из-за скалы, всадники пришпорили своих приземистых рыжих лошадок, и, подгоняя их плетками с улюлюканьем помчались параллельно курса "Калипсо".
– Я слышал, – взволновано проговорил Мигель, встав рядом с Юлдуз, – что в этих землях хозяйничают свирепые монголы. Приставать к берегу очень опасно.
Молодая женщина поднесла к глазу окуляр подзорной трубы. Некоторое время она наблюдала за проносящимися над морем фигурками кочевником. Затем передала наблюдательный прибор капитану.
– Нам не стоит их бояться, – улыбнулась Юлдуз, – это мои друзья меркиты. Нас уже ждут, а они покажут дорогу к бухте.
Всадники умчались. Но теперь по нескольку человек постоянно появлялось на берегу. Пропуская судно, они тут же исчезали, чтобы появиться вновь в другом месте.
Не прошло и двух часов, как "Калипсо" вошла в тихую бухту. Команда убрала паруса. С грохотом опустился в воду якорь. Гуккор встала в штиле в полумили от низкого берега с полосой песчаного пляжа. Широкую ложбину окружали высокие скалы, разных, порой причудливых форм. Ее правый берег вплотную подходил к, почти вертикальной кручи. Однообразный серый цвет, разбавлялся кое-где скудной растительностью в виде мхов, лишайников и растущих поодиночке или группами, низкорослых деревьев с искривленными стволами. В общем, пейзаж был однообразен и мрачен. Вокруг было настолько много птиц, что их крик заглушал грохот прибоя, бьющегося о крутые скалы. Пернатые представители фауны срывались с вершин, кружили над водой, камнем срываясь в воду, чтобы взмыть обратно с рыбешкой в клюве. Бухта была закрыта с двух сторон, выдающимися в море скалами. Небольшая долина была плоской, с небольшой полосой песчаного пляжа и каменистым платом, простирающимся до поднимающихся амфитеатром холмов, покрытых лесом. С право и слева две стремительные горные речушки впадали в залив.
Сразу за песчаным пляжем, были раскиданы шатры и палатки, между которых сновали люди. Хотя Юлдуз и была рада увидеть землю, после долгого путешествия, но ее глаза заблестели, когда она увидела одинокую фигуру. Высокий мужчина остановился у самой кромки воды. Закрыв ладонью глаза от солнца, он казалось, смотрел именно на нее…
– Идет! Идет!
Гордеев вышел из своего шатра. Туман над местом стоянки, только рассеялся, под лучами поднявшегося из-за гор солнца. Занимающиеся своими делами люди, остановились, глядя в сторону единственной дороги ведущей с холмов к побережью. Дмитрий также посмотрел туда же. Из леса стремительно вылетел отряд разведчиков. Меркиты, подстегивая скакунов, мчались к его шатру. Буквально в паре шагов десятник придержал коня, заставив его встать, развернувшись боком.
– Идет! – вновь прокричал совсем еще молодой воин с узкими усиками, указав зажатой в кулаке плетью в сторону моря.
Гордеев перевел взгляд в ту сторону.
Вначале он увидел острый нос с треугольным кливером. Затем над мысом появились мачты, с уже убранными парусами. А затем в бухту величаво вошло и само судно. Дмитрий сразу узнал хищные очертания скоростной яхты. На ней ему уже давилось идти, возвращаясь из Египта. Гордеев не знал ни одного судна, которое могло бы состязаться в скорости и маневренности с "Калипсо". Судно, повернулось к берегу правым бортом и легло в дрейф.
Некоторое время Дмитрий наблюдал за суетой на палубе корабля. Затем он увидел, как команда опустила на воду две шлюпки, с сидящими в них людьми. Дружно опустились весла. Маленькие суденышки шустро заскользили к берегу, соревнуясь в скорости. Одна из них вырвалась вперед. На носу шлюпки Гордеев увидел стоящую в полный рост миниатюрную фигуру.
На полном ходу шлюпка заскрипела днищем по мелководью. Несколько моряков, в подвернутых до колен штанах, прыгнули в воду. Уцепившись за борта, они стали дружно подтягивать лодку к берегу. Не дожидаясь, пока шлюпка достигнет песка, Юлдуз соскочила в воду и, раскинув в сторону руки, поднимая тучу брызг, побежала к стоящему у самой кромки воды человеку, ставшему ей самым родным. Не обращая внимания на взгляды, окружающих их людей, Юлдуз бросилась отцу на шею. Повисла на нем, как в детстве, поджав ноги. Дмитрию стоило больших трудов, чтобы удержать дочь и не рухнуть вместе с ней на песок.