— Похоже, на ваших прекрасных плечах лежит тяжкое бремя, мадам, — заметил он.
— И тем не менее я справляюсь, монсеньор, — ответила она.
— Первейший долг женщины — родить мужу детей и воспитать их.
— В этом отношении вы не найдете у меня недостатков, монсеньор. Я рожала детей всем мужьям — пятерых сыновей, из которых живы четверо, и двух дочерей.
Он кивнул:
— И очевидно, вы откажетесь выйти за меня замуж, если я не подпишу и не ратифицирую этот брачный контракт?
— Да, монсеньор, откажусь, — ответила Скай, слегка приподнимая подбородок, произнося эти слова.
— Я вижу, вы женщина с сильным характером, — заметил герцог, — но это хорошая черта, если женщина передает ее своим сыновьям. Я верю, что вы так и поступите, мадам. — Тон его голоса имел легкий оттенок радостного изумления.
— Постараюсь, — ответила Скай серьезным тоном.
— Тогда ничего не остается, как подписать контракт, — заметил он, беря у Робби бумаги. Эдмон де Бомон поспешил передать ему перо со стола Скай, и герцог быстро расписался в надлежащем месте.
Затем подошла Скай и поставила ниже свою подпись. Она не стала подписывать контракт в Англии, мотивируя это тем, что ее подпись должна появиться там после подписи герцога.
— Вы подписались как Скай О'Малли, мадам, — заметил герцог.
— Мне проще использовать мою девичью фамилию, монсеньор. У меня было четверо мужей, и если добавлять все их имена к моей фамилии, то из них можно будет составить еще один документ. — Она бросила на него взгляд своих прекрасных голубых глаз, и герцог позволил себе слегка улыбнуться.
— Теперь, когда с формальностями покончено, мадам, позвольте мне эскортировать вас к вашему новому дому. — Он протянул ей руку, и после некоторого колебания она вложила свою ладонь в его. Его пожатие было крепким. — Я решил, что брачная церемония состоится немедленно, — говорил он по дороге с корабля в экипаж. Она нервно осматривалась, следует ли за ними Роберт. Заметив это, он спросил:
— Уж не боитесь ли вы меня, мадам? Ваши глаза постоянно пребывают в поисках месье Роберта.
— Я еще никогда не выходила замуж за незнакомца, — тихо ответила она. Он кивнул:
— Вы действительно находитесь в трудном положении, мадам. Но я никогда не женился на женщине, которую бы знал. Это не важно, мадам. Как и вы, они приезжали ко мне только с одной целью — обеспечить мне наследников. Пастор Лишо говорит, что в Библии написано: «Нашедший жену, обрел вещь добрую, и благо ему от Господа». Также и в псалмах Давида сказано: «Дети есть наследие Господа, и плод утробы его награда. Подобно стрелам в руке сильного мужа, таковы дети юности. Счастлив человек, у которого их полон колчан: он не будет посрамлен». Я же посрамлен, мадам: у меня всего один живой ребенок, слюнявый идиот, который в пять лет едва может держать голову. Все остальные мои дети умирали либо в утробе матерей, либо сразу после родов. Мне нужны дети! Мне нужны наследники!
— Но у вас есть прекрасный наследник в лице вашего племянника, монсеньор, — сказала Скай.
— Да. Эдмон прекрасный человек. Но он не станет жениться из-за страха произвести подобных ему потомков, да и можно ли представить нормальную девушку, пожелавшую бы иметь такого монстра в качестве мужа?
Если я умру бездетным, французы захватят мое герцогство, и Бомон де Жаспр перестанет существовать. Герцоги Бомон де Жаспр возводят свой род ко временам Карла Великого. Вот почему я решил жениться еще раз и попросил королеву Англии прислать мне благородную даму, так как необходимо обновить кровь рода. В конце концов, получение потомства — первейшая цель брака.
— Так учит нас Святейшая Церковь, — ответила она.
— Вы принадлежите старой церкви? — спросил он. — Я полагал, что вы принадлежите новой вере, распространенной при дворе Тюдоров.
— Я не англичанка, монсеньор, я ирландка и принадлежу истинной церкви. Однако королева терпимо относится ко всем вероисповеданиям. Я уверена, что королева послала именно меня в расчете на то, что вы также принадлежите к истинной вере.
— Я был рожден в старой вере, — сказал он.
— Ваш племянник ничего не говорил мне о смене ваших религиозных убеждений, — заметила Скай.
— Когда он покинул Бомон де Жаспр, я еще принадлежал старой вере, хотя я уже заинтересовался учением пастора Андре Лишо. И пока Эдмон странствовал, я убедился в правильности его учения и перешел в его веру. И вы также обратитесь в нее после соответствующего наставления.
— А ваш народ тоже обратился к учению вашего пастора Лишо, монсеньор?
Он пожал плечами:
— Они упорствуют в приверженности старой вере. А это плохо! Я уже изгнал их священников и сорвал этих раскрашенных позолоченных идолов, в почитании которых они упорствуют. Пока еще они сопротивляются, но я пересилю их, ибо я их повелитель и владыка!
Сквозь окно отъезжающей от пристани кареты Скай могла видеть Эдмона и Робби, сопровождающих ее верхом. Она с облегчением вздохнула: ее несколько испугало то, что герцог не только законченный гугенот, но еще и фанатик.
— Не лучше ли, монсеньор, чтобы люди верили во что-то, чем ни во что? Пока души вашего народа привержены Господу и богобоязненны, не все ли равно, как именно почитают они Его? — спросила она.
— Да! — Он пристально посмотрел на нее. — Вы прекрасны, мадам, но вы только женщина. Разве способны вы понять это?
— Все мои предыдущие мужья, монсеньор, считали меня довольно понятливой. Если я и не пойму чего-либо, как вы удостоверитесь в этом, не испытав меня? — Она слегка улыбнулась, чтобы поощрить его. Она полагала, что для успеха их союза необходимо с самого начала наладить доверительные отношения.
Он наклонился вперед и начал рассказывать:
— Католическая церковь исполнилась скверны, мадам, она более не служит интересам своей паствы.
Католики продают индульгенции и отпущения грехов! Они сосредоточили в своих руках гигантские имения! Они занимаются торговлей и выступают в качестве покровителей никчемных художников! Они столь же развратны и злокозненны, как худшие представители рода человеческого! Они утратили видение Господа.
Пастор Лишо некогда был одним из них. Но ему было даровано видение Света, и ныне он стремится принести его людям. Пока мой народ не прислушивается к нему, но в конце концов ему придется сделать это. Единственный путь избежать адского огня и проклятия — это жить скромно, молиться и обходить многочисленные ловушки греха, которыми мы окружили себя!
Скай была поражена этой вспышкой красноречия, но от последующих слов ее пробрал холодок:
— Вы должны присоединиться ко мне в моих начинаниях. Я приказываю вам это как ваш муж! И лишь когда оба мы освободимся от греха, лишь тогда Господь наградит нас детьми, которых я так страстно желаю.
Этого она никак не ожидала и не думала, что даже лорд Берли, сам протестант, знал об обращении герцога. Этот человек был явно психически неустойчив, и никакого надежного союзника в его лице Англия приобрести не могла. Ее принесли в жертву сумасшедшему!
— Вы молчите, мадам?!
Она заговорила, стараясь как можно тщательнее подбирать слова:
— Я всего лишь дочь единственной истинной церкви, монсеньор. Мой дядя — епископ. Я изучала писания Мартина Лютера, но предпочитаю свою изначальную веру, хотя и более терпима, чем мои братья во Христе. У меня есть друзья, избравшие новую веру, и если они довольны этим — то я рада за них, но сама обратиться я не могу.
— Ваше платье слишком нескромно, — заметил он, игнорируя ее слова. — У всех ваших платьев столь низкий вырез?
— Это всего лишь мода, монсеньор.
— После сегодняшнего дня вы не будете носить такой одежды. Она слишком соблазняет и влечет людей ко греху. Я пошлю к вам завтра дворцовую портниху. Необходимо срочно поменять ваш гардероб.