Он повернулся ко мне.
– Сколько у вас в сумке, господин Ронин?
– Всего двадцать миллионов, господин комиссар.
– Тогда может быть вы уточните как они к вам попали?
Микрофоны были нацелены на меня и я сделал честные глаза.
– Покажите мои глаза крупным планом.- попросил я у оператора.
Он ухмыльнулся и кивнул.
– Я мог бы не отвечать на этот вопрос, а отослать вас к моим адвокатам, но ситуация требует обратного.
– Послать ваших адвокатов?- спросила newswoman.
– А она ничего...
– Только попробуй! - её голос раздался прямо около левого уха.
– Надо попробовать!- громко сказал я, как продолжение вопроса. -То есть, я хотел сказать что это не моя тайна.
– Нет необходимости хранить её дольше.- послышался от дверей знакомый голос Голдмана. -Эти деньги дал ему я.
Последовал полный разворот на сто восемьдесят градусов, про меня сразу же забыли. Потому что Ронин, конечно Ронин, но Голдман - это голова!
– С ушами.- добавил я про себя.
На следующий день, около девяти утра, громадный туристический автобус остановился на паркинге около торгового центра Фраубрюннена, и из него выскочили молодые мужчины в футбольных майках с номерами и надписью "Динамо", ровно двадцать шесть человек. Старший группы, высокий мужчина с седыми висками и странно скошенными глазами вышел последний.
– Местное население не пугать.- предупредил он. -Вести себя прилично.
– Так ведь Виктор Васильевич, всю задницу отсидели. Вон магазин какой, может прогуляемся?
– А если от ваших прогулок у продавцов припадок случится? Маслов, возьми карандаш и бумагу. Запиши что кому нужно и иди с Михалычем, вас хоть бояться не будут.
– А деньги?
– Сейчас подвезут.- Старший посмотрел на часы, -В девять часов. Ты пока список составляй.
– У нас же кредитная карта есть, а мы как бомжи целых два дня живём.
– Очень интересное предположение... А как курсанты жить должны?
– Мне помнится я старшим лейтенантом был.
– Старшим лейтенантом стать никогда не поздно, Юра. Ладно, веди своих вон туда, где церковь, там что-то вроде футбольное поле напоминает. Да мячик не забудьте, футболисты!
"Форд"-тягач вывернул из-за угла и подъехал к автобусу.
– Руссо туристо?
– Облико морале! Деньги привёз? Давай сюда!
– Entschuldigung Sie bitte! Ich nicht понимай. Я der fuhrer, mein name is Hans.- он достал из-за пазухи пакет и отдал его старшему группы. (Извините меня. Я не понимай. Я водитель, моё имя Ганс.)
– Во!- сказал Фантик, -Он говорит что он новый фюрер и его зовут Ганс. Как только психам деньги доверяют?
Старший открыл конверт в котором лежали тысячеевровые купюры и записка:
"Извини, не успел разменять. 22"
– Здесь таких денег с утра в кассе точно нет.- сказал Митрохин
– Тогда сделаем так: Идёте втроём и закупаете на всю тысячу.
– Фантика дайте, одни не дотащим!
– Хорошо, только поосторожней там с гражданскими. А ты Фантик лучше притворяйся немым. Скоро у вас экзамены ребята, не подведите.
– А кто принимать будет, Виктор Васильевич?
– Увидите. Идите.
– Как в нашем супермаркете.- рассуждал Андрей Маслов проходя по рядам с товаром. -Везде одно и то же. Что покупать будем?
– Давай сюда сыр, килограммов пять.
– Какой, с дырками или без?
– Мне без дырок.- сказал Михалыч. -Дырки сами ешьте. У нас в деревне дачник один приезжает, истории всё рассказывает. В Швейцарии этой сыроделы навострились говорит, определять какой сыр готов, а какой нет. Они мышей пускают на ночь, хороший сыр мыши едят, а плохой обходят. Вот поэтому и дыры в нём. Вы молодые, можете и с мышами есть, а мне купите вон того, в золотой бумажке.
Фантик достал с полки сыр названный Михалычем.
– "Блау"- прочитал он. -Синий сыр. Ты Михалыч хоть и колдун, а в сырах-мырах ничего не понимаешь. Он же протух! Он тут может с войны лежит, его ещё небось Гитлер ел на закуску. На, понюхай!
Михалыч понюхал и скривился.
– Вот ведь до чего дожили, людей тухлятиной травят! Где тут продавец? - заорал старик, подмигивая Митрохину и Андрюше.
Из за полок появился толстый мужчина в форменной рубашке со значком "Детектив". Что-то жуя на ходу он подошёл к деду и спросил:
– Was ist los, meine herren?
– Фантик, скажи ему, что террористы в магазине.
– Где?
– Говори! Етить твою мать, побыстрее!
Фантик напрягся.
– Террористен унд ваффен хире!- он потыкал пальцем в пол.
Немец поднял руки кверху и позеленел, со страхом глядя на небритого Фантика.
– Schießen Sie nicht!
– Он не понял!- с отчаяньем сказал Митрохин.
Михалыч взял детектива за галстук и наклонил его к просвету между товарами.
– Гляди, задница!- он показывал на группу мужчин ближневосточной наружности.
Все посмотрели. У нагруженной сверх меры тележки сломалось колесо. Они пытались перегрузить её на другую и уронили картонную коробку. Несколько гранат вывалилось из разорванного картона и поскакали по полу. Теперь они их собирали, ругаясь на непонятном языке.
– Принимаю команду!- сказал Юра Митрохин, бывший старший лейтенант, а ныне курсант в фирме с совершенно идиотским названием "Лето".
– Этого,- он кивнул на детектива, -запри в кабинете пусть звонит в полицию. Фантик, переведи!
– Полицай, телефонирен!
– Йа, йа! Зеер гут!- ответил тот, пятясь по направлению к своей комнате.
– Андрюша, будешь при нём, чтобы дурака не свалял! Михалыч, как махну рукой, изобрази паралитика и выезжай со своей коляской им навстречу. Фантик со мной. Разбежались!
Юра с Фантиком сделали круг по торговому залу, стараясь неслышно ступать и заходя к террористам сзади, по дороге они схватили по нескольку банок рыбных консервов.
Приблизившись к арабам на десяток метров Митрохин махнул рукой, и навстречу им выкатился паралитик Михалыч, скривившись, как будто он всю жизнь ночевал в ванне, и совершенно перекрыв дорогу в узком проходе. Шестеро арабов направлялись к широким дверям на которых была табличка: "das Laden von Hof". (погрузочный док).
– Два, один ...- Юра и Фантик бросили консервы и побежали вслед за ними, торопясь оказаться поближе, когда террористы поймут что атакованы сзади. Двое упали. Они успели преодолеть половину пути, когда четверо оставшихся повернулись к ним, выхватывая оружие из под пиджаков.
– Нихт шизен!- закричал Фантик по-немецки. В это время со стороны Михалыча послышался яростный крик: "Гитлер капут!", и звук разбиваемой о голову ближнего араба тележки с продуктами.
Андрей с газовым пистолетом детектива, который он нашёл у него на столе, выстрелил сбоку. Девятимиллиметровый полицейский патрон начинённый химией, с двух метров даёт облачко газа которое вцепляется в глаза, нос и рот. Когда противник забывает обо всём, кроме глотка свежего воздуха.
В последнего на полном ходу влетел Фантик, не сумевший затормозить вовремя.
На шум и крики сбежалась толпа любопытных. Митрохин чувствующий свою ответственность, поднял руку и попытался успокоить народ.
Увидев направленные на него камеры мобильных телефонов и камкордер двух японцев, он приосанился и собрав воедино все свои знания иностранных языков выдал историческую фразу:
– Партайгеноссе! Руссия шпацирен нах Фатерланд цум спарен всех вас ауф террористен. Готт мит унс!
Толпа в панике начала разбегаться.
У входа уже стояла полицейская машина, и два стража порядка с пистолетами наготове кричали выбегающим из магазина людям:
– Что случилось? Где террористы?
На футбольном поле, Виктор Васильевич Карасёв сказал глядя на часы:
– Что-то наши задерживаются. Что они там, всё решили скупить?