Замполит дважды прошел из угла в угол. Он был в понятном обалдении. Но постепенно в голове начинало как-то устаканиваться.
— Что за походка, черт, почему вы так странно как-то ходите? Будто на каждом шаге эспандер в кулаке жмете.
Годами вырабатывавший моряцкую развалочку замполит обиделся.
— Ладно. Поработаем. Черт. Некогда. Ничего. Сунем в телевизор какую-нибудь… м-м… заслуженную балерину, пусть скажет комплимент про особенности… м-м… мужественную особенность вашей походки. Все запомнят. Индивидуальная черта.
— Рост вот у меня… — замполит виновато развел руками.
— А вот это как раз хорошо, — Березовский вылез из-за стола, подошел, сравнил уровень плеч — они были примерно одного роста с замом. — После здорового Ельцина нужен контраст. Небольшие, худощавые, даже щуплые — лишние симпатии людей. Суворов, Наполеон, Фридрих Великий, Франко, Махно, Пушкин, Пикассо — отлично. И при этом — дух, воля, характер, такие люди особенно нравятся. Спортом занимаетесь?
Офицеры заржали. Замполит потупился.
— Будете заниматься. Так. Владимир Владимирович, первое вам небольшое задание. Проверка, можно сказать. Представьте себе, что, скажем, террористы взорвали дом в Москве. Жилой. Много погибших. Народ жаждет мести, правосудия. Вы — кандидат в президенты. И.О. начальника страны, так сказать. Надо выступить перед народом, пообещать, что найдете гадов и покараете. Ваши слова — быстро! не раздумывая! первые попавшиеся! от души! ну!!
— Будем гадов мочить везде, где отловим, хоть в гальюне! — выпалил замполит, играя желваками.
Березовский хлопнул в ладоши:
— Браво. Адекватно! Скрытая страсть, экспрессия выражений при спокойном голосе! Только фильтруй базар… а? Да: поработайте над лексиконом — не гальюн, а клозет. Или сортир. Иначе не все поймут. В профиль повернитесь, пожалуйста. Своеобразие есть. Кукла получится узнаваемая.
— Какая кукла?.. — опасливо отодвинулся замполит. «Благодарность Иванову-Седьмому за чучело птеродактиля», — безумно мелькнуло у него.
— Ну, для передачи, где Шендерович. Так. В командировках бывали?
— Да вот осенью. В Оредеже, на картошке.
— Какая картошка?! За границей работали? Кандидат в президенты должен знать мир, Запад. Надо что-то придумать. Замполитство даст нам лояльность КПРФ, часть ее электората. Кстати: а вот серьезная структура ФСБ с ее длинными руками и компроматом. А если оформить вас там задним числом — тем же званием? Вы в детстве разведчиком не мечтали стать? Подполковник ПГУ, резидентура в одной из европейских стран. Это может обеспечить и поддержку ФСБ, и симпатии романтичных пацанов. Подвиг разведчика, и один в поле воин, щит и меч. И объяснение, почему никто не знал этого раньше: секретность конторы. Есть!
Березовский выдернул из-под телефонных трубок папку, а из папки — чистый лист, и стал чертить на нем квадратики, выстраивая их в пирамиду. В верхнем написал большое «П».
— И фамилия гениальная. Попадание, сто процентов попадание! Пу-тин. Путь. Путный. Путевый. П-П — Путин президент! Вальтер ПП, автомат ППШ. Светлый путь. Верным путем идете. Путь из тупика. Дорога к храму. Свет в конце тоннеля. Путь наверх и жизнь наверху. Путь Абая. Распутица. Путь к причалу. Дорогу осилит идущий. Эх, дороги… пыль да туман! Путь далек у нас с тобою — веселей, солдат, гляди! — он хлопнул замполита по спине. — Какие прекрасные ассоциации! Коллективное бессознательное уже на нашей стороне. Все, обнимаю!
24
Желтый, зеленый, розовый закат над зимней Москвой блистал лаком. Ватные дымы из далеких труб вклеились в него. Черные угольнички вороньих стай крапили свет. Своя, знакомая ворона хохлилась на оттяжке фок-стеньги.
— Прописалась она здесь, что ли, — проворчал Вырин, топчась в тулупе на сигнальном мостике.
Замполит позировал фотографу, принимая морские позы. На нем была меховая куртка катерников, одолженная у Мознаима, и суконная походная пилотка Беспятых. Когда уши делались от мороза малиновыми, замполит грел их ладонями.