***
Герт изумлённо распахивает глаза: - Быть не может! - Да, - дружелюбно улыбается Элли, - у нас есть выбор. Мы можем и остаться. - Ваше здоровье, страшненькие! - Винон демонстративно поднимает бокал барбадосского рома, делает три больших глотка и облегчённо выдыхает: - Теперь мне легче. - Алкашка, - смешливо хмыкает Лар. - Я даже в начале обращения себе такого не позволял, а ты даже не вампир! - Да по хер вампир я или не вампир. У меня есть ром, гарем мужиков и килотонны старых вампирских трактатов. Чё ещё надо-то для радости?! - Придётся тебя от этого отучать, - спокойно говорит Куинлан, невозмутимо подходит к Винон и ловко выхватывает бокал из её пальцев. - Эй! Верни! Ты всё равно такое не пьёшь! Я же не пью людей, которых ты пьёшь! - Никогда не думал, что есть люди, выросшие в условиях человеческого социума, но не взявшие из него никаких правил, норм и модели поведения, - задумчиво комментирует Вон. - Даже я считаю её странной. - Я вообще боюсь оставаться с ней один в комнате, - Лар делает испуганное лицо. - Не знаю, как Куинлан её терпит. - Кажется, он её совсем не терпит, - вклинивается в их разговор Нисса. - Вроде бы, их всё устраивает. - Действительно, - Скат пьяно щурит глаза, - чего тут странного? Конченная тёлка с древним римским гладиатором... - он морщиться, словно бы от боли, - ... или кто у вас этот кореш? - Иди, поспи, - с наигранной заботой произносит Лар, - а то совсем уже глазки слипаются. - Да пошёл ты! - мгновенно раздражается Джош. - Я-то пойду, - довольно ухмыляется Лар. Громкий всхлип прерывает их беседу. Герт в странном и порывистом жесте закрывает лицо руками и обессиленно падает на колени: - Я могу остаться!
***
- Опять здесь сидишь? - Чупа улыбается, но дежурно, подходит к уже знакомой коряге. - Готова хоть всю жизнь здесь сидеть, - с широкой улыбкой отвечает Герт. - Здесь прекрасно. - Ты даже не догадываешься, как меня достала, - шипит сквозь зубы Чупа, в одно мгновение оказывается рядом, хватает сильными руками за плечи, вынуждает встать. В её синих глазах зарождается боль, не прежняя... Чупе, кажется, что сильнее. Он неуверенно ослабляет хватку. - Я уйду, - твёрдо, но сипло говорит она, усилием воли сдерживая слёзы. - Я же всё равно приду за тобой, - вдруг мягко откликается Чупа. - Меня бесишь не ты, на самом деле, - он вздыхает, но как-то болезненно, - меня бесит то, что ты... ненавидишь меня... - Серьёзно?! - Герт вспыхивает, боль пропадает из её глаз и сменяется яростью. - Это ещё кто кого ненавидит! Да ты меня на дух не переносишь! Всё ждёшь момента, чтобы побольнее ужалить! - Ужалить - это не ко мне, - сухо парирует вампир, но потом осекается, с неожиданной осторожностью вжимается в её тело. - Каког... - Я просто люблю тебя, ясно? - зло и быстро выдыхает Чупа. Герт бледнеет и растерянно моргает. - Что? - голос отказывает ей, но он читает этот вопрос по губам. - Ты глухая, что ли? - его светлые глаза наливаются ярость, он сильнее стискивает её плечи. - А ты... точно в этом уверен... - робко говорит она, не имея возможности придать голосу нужную интонацию. - Издеваешься? - Чупа хмурится. Несколько секунд Герт стоит в нерешительности, а потом делает резкий рывок к его лицу, но замирает в миллиметре. Жарко выдыхает, осторожно поднимает руки. Гладит кончиками ледяных пальцев его шероховатые щёки. - Ты... - она задыхается от чувств, ощущает, как подрагивает тело при каждом ударе сердца. - Я, - произносит он, жадно и сильно вжимаясь своими губами в её. С нажимом проводит по плечам, достигает предплечий, крепко обвивает талию. Возбуждённо и шумно выдыхает, едва ли не болезненным рывком отстраняется, чтобы внимательно всмотреться в раскрасневшееся лицо и горящие таким же желанием, как и у него, глаза. - Ты бы не ушла одна, - зло произносит Чупа. - Я не отпустил бы тебя. - Ты злишься... на меня? - На себя. - Почему? - Герт напряжённо хмурится. - Я... хочу... - он сильно мотает головой, но в следующее мгновение его взгляд светиться от ярости, - впиться тебе в шею и выпить тебя досуха! Я думать ни о чём, кроме твоей крови не могу! Я... Герт чуть дёргается, вынимая из чехла на бедре нож, подносит его к своей шее, быстро, пока он не успевает остановить её, делает ровный разрез: - Пей. - Дура! - испуганно восклицает Чупа, не ощущая в себе сил отпустить её и уйти. Наркоманом припадает к царапине, касается её языком, тихо стонет от удовольствия и подавляющей жажды и делает глоток. Второй. Третий. На четвёртом побеждёно закрывает глаза, всецело отдаётся блаженному ощущению её горячей крови в своём горле. На пятом рвано дёргается и отскакивает. По-хищнически блестит глазами, отчаянно борясь с самим собой. - Уходи, - рвано шепчет он и на его лице отчётливо проступает испуг. - Ага, а что потом? - дрожа всем телом, но не от страха быть убитой или обращённой, а от страха, что он сейчас уйдёт и никогда не вернётся. - Ничего потом. Я убью тебя, дура. - Убивай! - громко кричит она и горячие слёзы начинают катиться по её худым щекам. - Это лучше, чем то, что ты собираешься сделать. Дебил! Я же тоже тебя люблю! Чупа замирает, несколько раз ошарашенно смаргивает, неожиданно расслабляется и, будто подкошенный, опускается на траву. - Как... - неверяще шепчет он. - Я же всё делал, чтобы ты ненавидела меня. - Я ненавижу тебя, - со странным спокойствием вдруг произносит Герт, - но люблю я тебя больше. - Походит на трезвую оценку. - Это и есть трезвая оценка. Он поднимает на неё голову, а она подходит к нему и садится рядом. - Ты ненормальная. - Кто бы говорил. Ты вообще чокнутый. - Кажется, вы прекрасная пара, - из кустов можжевельника выходит Винон. - Да, кстати, Куинлана не видели? Эта стригойская рожа спиздила весь мой ром. Мне не нужен мужик, который запрещает мне пить. - Попробуй убедить в этом его, алкашка, - хохочет откуда-то издалека Лар, и Винон устало вздыхает. - Блядомужики. Чупа впервые широко и открыто улыбается. - Да, мы тут, походу, все с приветом. Герт смеётся. Она никогда ещё не была так счастлива.