. Наверное, он забыл её убрать после того, как переоделся в чистое. Тянусь к ней, стараясь не задеть лежащего рядом пса, однако всё не так уж просто, как показалось сперва: для достижения цели пришлось переползать на другой конец кровати, и затем возвращаться обратно. Всегда мечтал почувствовать запах его тела.
— Юри, ты уже проснулся? — голос за спиной заставил меня вздрогнуть, к тому же пришлось очень быстро затолкать рубашку под подушку. — Завтрак готов, тебе принести или пойдёшь на кухню?
— Я поем вместе с тобой, — отвечаю, потягиваясь. — Поможешь переодеться?
Лицо фигуриста в одно мгновение меняется. Он явно удивлён такой просьбе, но быстро берёт себя в руки и подходит ко мне, присаживаясь рядом. Весь процесс переодевания не свожу с Виктора глаз, пока он рассказывает какую-то смешную историю, случившуюся с Маккачином пару месяцев назад. Как оказалось, с утра ему звонил Юрий, сообщить, что уже улетел из Санкт-Петербурга, поэтому Никифорову придётся идти к их тренеру, чтобы поговорить на этот счёт. Я знаю, что он чувствует мой пристальный взгляд, но всячески старается этого не показывать, изображая своё обычное поведение. По крайней мере, мне так казалось. В какой-то момент Виктор просто замер, а уже через мгновение заглянул в мои глаза.
— У тебя красивое тело, — произнёс он, накидывая на мои плечи халат. — Напрасно ты так стесняешься.
Чувствую, что начинаю краснеть, но всеми силами стараюсь не показывать, как сильно смущён. Выдавливаю из себя улыбку, после чего слегка прикусываю губу. Как и ожидалось, подобный жест не остался незамеченным, заставив Никифорова сглотнуть. Его реакция слишком необычна для человека, с которым мы знакомы не так уж долго, чтобы испытывать какие-то конкретные чувства, но в тот момент что-то подсказывало, что это лишь заблуждение. Как же хочется, чтобы было именно так.
— Я наберу тебе ванну, пока будешь завтракать, — говорит Виктор, уже подхватив меня на руки; никогда не смогу привыкнуть к тому, что меня носят, как юную девицу. — Постарайся в этот раз не заснуть.
Конечно, в мои планы входил завтрак вместе с ним, милая беседа и всё такое, но все они с самого утра неумолимо рушились, заставляя придумывать что-то новое. Если не завтрак, то, наверняка, ужин проведём вдвоём. Так даже ещё лучше. Странно, но мне действительно очень понравился здешний чай. Необычная гармония вкуса и запаха помогала на время забыть о плохом, выкинуть из головы негативные мысли. Из ванной комнаты доносился характерный шум воды, мне очень хотелось посмотреть на Никифорова, правда, пока не представлялось такой возможности.
Когда он вернулся, чтобы отнести меня в ванную, осознаю, что ничего до сих пор не съел, а на все вопросы лишь качаю головой. С другой стороны, фигурист старался приготовить для меня еду, но в итоге не получил награды своим стараниям, поэтому пришлось пообещать поесть после купания, не желая его разочаровывать. У меня вызывает жгучую ревность тот факт, что Виктор раньше мог готовить для некой особы, которой принадлежит лежащее под кроватью нижнее бельё. Так же приносить ей завтрак в постель, засыпать, держа за руку, нежно гладить по волосам. Интересно, после меня тоже появится другой человек?
Никифоров в этот раз снимал с меня одежду гораздо быстрей, чем обычно, однако он внезапно замер, добравшись до нижнего белья, заглянув мне в глаза. Без всяких сомнений киваю, как бы давая своё согласие, после чего он продолжает. Уже знаю, что как только Виктор опустит меня в воду, тут же выйдет прочь, но не хочу этого допустить, поэтому хватаю его за рукав.
— Расскажи больше о себе, — сам не знаю, чего хочу услышать о человеке, о котором знаю больше, чем о ком-либо другом. — Что-нибудь, о чём не говорят по телевизору.
Хмыкнув, фигурист взял в руки мочалку и флакон с шампунем, принявшись растирать мне спину. Он рассказывал о своём детстве, как его отдали на фигурное катание. Виктор до сих пор помнит, как сильно не хотел проводить по несколько часов на льду, как это утомляло его детский организм. Однако все твердили, что это просто необходимо для его будущего, чтобы он добился в жизни хоть каких-то вершин. Несколько раз я перебивал его рассказ, периодически издавая тихие стоны, стоило мочалке опуститься чуть ниже дозволенного. Изначально хотелось всего лишь посмотреть на реакцию, но вскоре осознал, что действительно возбудился от этого процесса. Вряд ли Никифоров не заметил такое, к тому же я всячески этому способствовал, изредка вешаясь на его шею, будто для того, чтобы просто обнять. Несмотря на неловкую ситуацию и недоумение в глазах он обнимал в ответ так крепко, словно желал меня так же сильно, как я его.
— Прости, что не могу провести с тобой больше времени, мне нужно встретиться с Яковом, — Виктор помогает мне выбраться из ванны, после чего заворачивает в халат и относит в комнату, уложив на кровать. — Я оставлю коляску рядом на случай, если захочешь размяться. Еда в холодильнике. Если что-то случится, звони.
Закончив говорить, Никифоров тут же покидает комнату, а уже через несколько минут слышится хлопок двери. Перевожу взгляд на Маккачина, начавшего заметно нервничать, поскуливая возле порога. Собаки настолько преданны своим хозяевам, что, казалось бы, готовы даже жизнь отдать за них. Люди совсем другие в этом плане, ведь не зря каждый день случаются различные происшествия, к которым приводит людская халатность. Взять даже мой случай: водитель, сбивший меня в тот самый день, скрылся с места, побеспокоившись о собственной шкуре. Ему было совершенно наплевать на искалеченную жизнь другого. Куда же катится этот мир?
Не знаю почему, но мне безумно нравится махровый халат Никифорова, который тот надевает на меня после каждого купания. Он очень мягкий, дарит удовольствие, прикасаясь к телу, поэтому решаю походить в нём ещё немного, не переодеваясь в домашнюю одежду, заранее приготовленную на новый день. Плевать, что под тканью халата ничего нет, ведь кроме нас с Маккачином никого в квартире быть не может, а Виктор и так уже видел все мои «дары природы», тут уже стесняться слишком поздно. Немного поёрзав, занимая удобное положение, вытаскиваю из-под подушки рубашку фигуриста, уткнувшись в неё носом. Усталость и прерванный сон дают о себе знать, поэтому сам не замечаю, как проваливаюсь в царство Морфея, совершенно позабыв о мокрых волосах, которые следовало бы высушить, прежде чем ложиться на подушку.
***
Сложно сказать, сколько прошло времени, прежде чем я проснулся. Открыв глаза, замечаю лежащего рядом Маккачина, виляющего пушистым хвостом. Слабо улыбаюсь, после чего пытаюсь немного приподняться. Инвалидное кресло по-прежнему стоит рядом с постелью, дожидаясь, пока я решусь сесть в него, чтобы отправиться на кухню. На часах всего два часа, поэтому надеюсь на то, что вечером смогу заснуть без всяких проблем. Не сразу решаюсь пойти поесть, однако всё же приходится встать, когда живот предательски урчит, требуя желанную пищу. Вздыхаю, а затем с помощью рук подтягиваюсь к коляске. В этот раз забраться на неё вышло гораздо быстрей. Ловлю себя на мысли, что ещё пару раз попрактиковаться, и уже потом будет получаться без каких-либо проблем. Как же хорошо иметь широкие дверные проёмы, в которые может протиснуться любой большой предмет. В нашем доме в Хасецу совсем не так, там бы пришлось искать другой способ передвижения по дому, или вовсе лежать на кровати наслаждаясь заботой мамы. Нет, нельзя о подобном даже думать!
Холодильник у Виктора оказывается набитым до отказа, несмотря на специальные диеты для фигуристов. Такое чувство, будто он специально скупает все эти вкусности, чтобы если не есть, то хотя бы смотреть на них. Или же, это всё для меня?
Помню, как однажды сильно набрал вес перед последними соревнованиями. Тогда пришлось поселиться в спортзале и записаться к диетологу. Лишние килограммы уходили очень долго, для этого приходилось заниматься до изнеможения, а после тренировок остатки сил забирал велосипед, на котором катался домой. Этот период жизни давным давно прошёл, уступив другому, более мучительному. Приготовленный Никифоровым завтрак лежал на самой нижней полке, видимо, чтобы я мог до него дотянуться.
— Маккачин, а тебя сегодня кормили?
Пёс подходит ближе ко мне, потянувшись к тарелке с едой носом, понюхав её. Конечно, Виктор не мог забыть о питомце, которого так сильно любит и балует, так что даже не сомневаюсь, что он не голоден, а тянется к тарелке только из-за любопытства.
Пообедав, мою за собой посуду, после чего направляюсь в сторону зала, где располагается балкон. Так хочется вновь оказаться там, насладиться невероятными красотами, погреться на тёплом солнышке. С каждым днём этот город поражает меня всё сильней, рождая желание больше узнать о нём, местных достопримечательностях. Не знаю, будет ли у фигуриста столько свободного времени, чтобы ближе познакомить меня с его Родиной. Сам не знаю почему, но меня привлекает какая-то пёстрая книга, которая явно выделяется на фоне всего остального. Подкатываю кресло немного ближе, а затем тянусь к ней. Как оказывается позже, это вовсе не книга, а альбом с фотографиями. К сожалению, это ещё не всё: пока я пытался достать его, сверху упала небольшая бархатная коробочка. Внутри было золотое кольцо, напоминающее обручальное. В груди защемило, воздуха вдруг как-то стало слишком мало. Зажигалка, женская о