Я осторожно подкрадываюсь к подруге и шепчу ей на ухо.
- Мой брат говорит, что в этих автоматах кофе полный отстой, - произношу я, и Оливия подпрыгивает от испуга.
- О, Боже мой! – взвизгивает она, - Ты с ума сошла?!
- Привет, подружка, - здороваюсь я, и, бросив сумку на пол, развожу руки в стороны, в ожидании объятий.
Оливия мгновенно забывает о кофе и мимолетном испуге, и налетает на меня, едва не сбив с ног.
Я стискиваю подругу в объятиях, только сейчас по-настоящему осознав насколько сильно по ней скучала. Разумеется, мы весь этот год обменивались сообщениями и ночными звонками, но мне не хватало Оливии больше, чем я могла представить.
- Неужели, ты вернулась?
- Угу.
- Имей в виду, больше я не позволю тебе сбежать.
- Я пока не собираюсь.
Оливия отпускает меня и, прищурившись, смотрит так, словно не верит в то, что я говорю правду.
- Поедем ко мне в кофейню? – предлагает подруга, - Твой брат прав. Кофе здесь действительно дерьмовый.
Мой брат во многом прав. Например, в том, что можно было не приезжать, а закончить обучение в Джефферсоне. У Майкла куча связей и он легко бы нашел мне хорошую работу в какой-нибудь крупной компании, но…вернуться назад было моим решением, и брату ничего не оставалось, кроме как уступить и купить мне билет на самолет.
- Конечно, - соглашаюсь я. Перелет измотал меня, и я бы не отказалась немного поспать, но до заселения в общежитие еще несколько часов и спать мне попросту негде, - Не терпится увидеть, как ты все обустроила.
- О, мы как раз пару недель назад закончили небольшой ремонт, - оживляется Оливия, помогая мне с багажом.
Мы выходим из аэропорта. Мне в нос ударяет запах морской соли, который я жадно вдыхаю вместе с нахлынувшей на меня, волной воспоминаний.
Год назад было сложно. У меня болело сердце, я должна была принять решение, от которого зависела жизнь другого человека, и которое в конечном итоге не одобрил Майкл. Он несколько дней не разговаривал со мной, попросил администратора клиники перенести все срочные записи и уехал, отключив телефон.
- Я слышала в «Бонни и Стив» открыта вакансия официантки, - с улыбкой произносит Оливия, когда мы забираемся в ее «Хонду».
Я пристегиваюсь.
- Майкл против, чтобы я работала.
- В прошлый раз, он тоже был против, но тебя это не останавливало.
Да уж.
- Я подумаю.
Мне нравилось работать в спорт-баре. Наверное, я, правда, подумаю о том, чтобы вернуться, хотя не уверена, что меня примут после моего побега.
Оливия выруливает с парковки аэропорта. Мы движемся в направлении кампуса, и с каждой секундой мое сердце бьется немного быстрее.
- Тим знает о твоем возвращении?
- Нет, - отвечаю я, рассматривая проносящийся за окном город, - После моего отъезда он звонил всего трижды. Обвинял в том, что это я все разрушила.
И мой бывший парень был абсолютно прав.
***
Ближе к пяти вечера, я, наконец, получаю ключи от своей комнаты. Разумеется, это не та комната, в которой я жила вместе с Оливией, но радует хотя бы то, что моя новая соседка приедет только через пару дней.
Я присаживаюсь на край матраса и обвожу глазами свое жилище на ближайший год. Здесь светло-голубые стены и нелепые занавески в цветочек. Две кровати, стоящие на противоположных концах комнаты, два письменных стола и полки для книг. В комнате есть туалет, а вот душ придется делить с другими девушками, живущими на этаже.
Класс.
После пентхауса Майкла в Джефферсоне эта комната совсем не ассоциируется со словами «уютная» и «комфортная», но жаловаться я не собираюсь, потому что иначе мне придется признать, что брат был прав, и мне не стоило приезжать.
Не собираюсь доставлять Майклу удовольствие своим нытьем.
Раздается стук в дверь.
- Открыто, - говорю я. В комнату просовывается голова Оливии.