Игорь Петрович прорычал нечто невразумительное и двинулся на бабу Надю. Сейчас он задушит ее собственными руками. О, какое это будет наслаждение! Сказочная награда за преданное служение.
– Ты это… похлопочешь, чтобы мне срок убавили? – ничуть не пугаясь, поинтересовалась баба Надя. – За чистосердечное признание? А?
Запахло дымом. В своей комнате проснулась Лида. Прошлепала босыми ногами Элина, крикнула на ходу:
– Лидка, вставай, горит что-то!
Из большой горницы вырывались клубы дыма, раздавался грохот. Истошно вопила баба Надя:
– Держи вора!.. Лови злодея!.. Хватай!..
Девушки бросились на крики. В дыму ничего не было видно. Горел половик, метались какие-то тени, что-то падало…
– Воду неси, половик горит! Лампа упала!
Элина притащила ведро из кухни и вылила на горящий половик. Лида распахнула окно.
– Антихрист в доме! – вопила баба Надя. – Убить меня хотел!
Свежая струя холодного воздуха немного остудила ее.
– Что случилось? – растерянно спросила Лида.
– Следователь убежал! – радостно сообщила Элина, стоя с ведром на мокром половике.
– Как убежал? – вскинулась баба Надя. – Не позволю! Ловите бандита! От меня не уйдет! Несите свечи!
Она схватила палку, которой выбивала перины, и бросилась в комнату Игоря Петровича. Там было пусто. В открытое настежь окно врывался ветер с мокрым снегом, раздувал вышитую занавеску. На полу валялся портфель, вокруг него – разбросанные бумаги. Лида подняла одну из них, удивилась:
– Какие буквы странные… Вроде не по-нашему написано. Гляди, Элина.
Элина долго рассматривала исписанные листы, думала.
– Вроде латынь… Поднеси свечу поближе.
Лида с недоумением качнула головой:
– Латынь?!
– Ага… Точно не могу сказать, но похоже. Мертвый язык… Его только в медицине изучают.
– Странно… Что ж, этот Игорь Петрович свои протоколы по-латыни писал?
– Смотри, – показала Элина на пол в углу. – Пепел какой-то… Может, он что-то сжигал?
Она подошла, присела на корточки и потрогала пепел пальцами. На руках ничего не осталось. Странный черный порошок словно растаял, поднявшись в воздух.
– Его ветром унесло, – сказала Лида. – Пойдем. А то баба Надя простудится. Она небось так босиком и побежала ловить следователя.
Вдвоем они еле уговорили бабу Надю вернуться в дом. Игоря Петровича и след простыл! Его нигде не оказалось – ни в доме, ни в сарае, ни в погребе, ни на чердаке, ни в лесу поблизости.
– Убежал, злодей! – сокрушалась баба Надя, сидя у печки и держа ноги в тазике с горячей водой. – Ночь на дворе. Разве в темноте углядишь, куда он метнулся? Ах паразит! Жулик! Ворюга эдакий!
– Да ведь он ничего не украл у нас, – возразила Лида.
– Это потому, что не успел. Я его на горячем поймала, когда он в шкафах рылся. Как ему удалось на меня туману напустить? Я ему почти поверила. Змей окаянный! Удостоверение мне показывал, а я как овца, даже в руки не взяла его корочку, глянула, и все… Дурища!
Они долго обсуждали ночное происшествие. Пришлось ставить самовар, жарить яичницу с салом. На голодный желудок баба Надя думать не могла. К тому же она здорово промерзла, бегая с палкой наперевес вокруг дома, и выпила полстакана можжевеловой водки.
– Чтоб грудь прогрелась, – вздохнула она, закусывая мочеными яблоками и капустой. – Жаль, не удалось догнать следователя. А то бы отведал моей палки!
– Что ж вы ружье не взяли с собой? – с невинным выражением лица поинтересовалась Элина.
Баба Надя поперхнулась, бросила яблоко на стол и всплеснула руками:
– И правда! У меня ружье заряженное в углу стоит! Как же так, а? Память отшибло в нужный момент. Это все следователь мне мозги затуркал. Черт хвостатый!
Спать разошлись под утро. Дом остыл, в холодных комнатах пахло дымом. Пришлось натягивать на себя по два одеяла. Благо этого добра в лесном доме было предостаточно.
После переполоха и выпитой водки баба Надя спала как младенец. Элина с Лидой улеглись на одну кровать, долго шептались, обсуждали, что теперь будет. Почему до сих пор нет весточки от Сергея? Может, в далекой чужой Франции он забыл и думать о Лиде?
– Не бойся, – успокаивала ее Элина. – Сергей тебя любит, я знаю. Не сомневайся. Он скоро вернется.
– Как ты думаешь, что с Иваном? Неужели утонул?
Лида, которую Иван вырастил как родную дочь, не называла его отцом, но искренне привязалась к нему.
– Утонул, – подтвердила Элина. – Не хочется верить, а придется. Вот увидишь, весной его тело отыщут в озере. Жаль дядю Ваню, да ничего не поделаешь… Не плачь, ему сейчас хорошо, он с самой Царицей Змей беседы ведет…
Так, за разговором, они и заснули, прижавшись друг к другу…