Старик, выпустив очередную порцию дыма, вытащил из кармана пиджака фотографию молодой красивой женщины в обнимку с вальяжным самоуверенным господином. Мужчину доктор видел в первый раз, а вот дама показалась ему знакомой.
– Знаешь ее? – спросил рыжий, бесцеремонно тыча фото в лицо доктору. – Мне сказали, она твоя пациентка. Лечится от бронхита.
Эту фотографию дала ему Софья Иосифовна, мать убитого ювелира Ковалевского. Вчера вечером старик посетил пожилую даму, назвавшись бывшим клиентом Жени. Они помянули покойного, а потом он спросил, где разыскать Валерию. Ее телефон не отвечает. На работе ему сказали, что Валерия уволилась и уехала, а куда – неизвестно. Близких подруг у нее не было, а из мужчин – только Женя. Софья Иосифовна долго всхлипывала и тяжело вздыхала, а потом вспомнила, что Валерия лечилась у знаменитого Бориса Ивановича, «чудесного доктора», и что он может знать, где она сейчас.
«У Лерочки обострился кашель, – объяснила Ковалевская. – Наверное, доктор порекомендовал ей хороший санаторий…»
Она даже не поинтересовалась, зачем рыжему старику понадобилась Валерия. Напротив, порылась в альбоме и дала ему фотографию Жени и Валерии на фоне моря.
«Это они в Ялте, – сказала несчастная мать, смахивая слезы. – На набережной…»
Ей показалось естественным, что кто-то разыскивает Валерию, – ведь она сама неоднократно пыталась связаться с ней, сходить вместе на кладбище…
– Да! – вспомнил Борис Иванович. – Она переводчица. Я обращался к ней по поводу научных статей.
– Где она сейчас? Мне сказали, она уехала. Куда?
– У нее была депрессия. В таком состоянии…
– Мне плевать на ее состояние! – прорычал старик, выпуская доктору в лицо очередную порцию удушливого дыма. – Меня интересует ее местонахождение!
– Но позвольте… откуда же я знаю?
Доктор чуть не плакал от страха и унижения.
Глубоко посаженные глазки рыжего посетителя сверкнули такой неприкрытой угрозой, что у Бориса Ивановича начался нервный тик.
– Я… я не з-знаю… – заныл он, безвольно откидываясь на спинку стула и закатывая глаза. – Хотя… она обращалась к экстрасенсу… к-кажется…
– Экстрасенсу? – Старик презрительно скривился и фыркнул.
– Да… да… – подтвердил доктор. – Это Игнат. Ясновидящий и целитель… Я вам скажу его адрес. Он может подсказать, где Валерия…
– Пфф… – Рыжий посетитель выпустил клуб дыма прямо в нос Борису Ивановичу.
Доктор, не привыкший к ядовитым испарениям, отключился. Пациент как ни в чем не бывало отправился восвояси.
Очередной больной, не дождавшись сигнала «Входите», робко постучал в дверь. Потом еще и еще. Наконец он не выдержал и заглянул в кабинет.
– Доктору плохо! – шепотом сообщил он остальным.
Борис Иванович был в глубоком обмороке…
Как его привели в себя, сделали укол и отвезли домой, доктор помнил смутно. Дома, едва живой от слабости, он пытался восстановить в памяти происшедшее, но без особого успеха.
«Я переутомился, – решил он. – Слишком много работаю. Который год без нормального отдыха! Я не думаю о себе…»
У него опять возник вопрос: почему он не чувствует удовольствия от жизни? Ведь он еще не стар, здоров, любит свою работу, имеет успех у женщин… В чем же причина? Он ходил в церковь, исповедовался, причащался, постоянно читал духовную литературу, но… Это «но» доктор объяснял невозможностью испытывать радость, когда вокруг столько несчастных, больных и заблудших. Только эгоист может веселиться на пепелище. Только глупец торжествует, когда вокруг стоит стон и плач…
С этими мыслями он и уснул, твердо решив, что возьмет отпуск и поедет к матери, отдохнуть душой. Хотя бы на недельку!..
В велинском музее стояла привычная тишина. Посетителей не было, и Вика могла помечтать. Ей нравился зал, в котором располагалась экспозиция дворянского быта. Мебель, картины, кое-какая посуда – все из бывшего имения Баскаковых. Теперь девушка смотрела на знакомые экспонаты совершенно другими глазами.
Портрет Александры произвел переворот в ее душе. Какая прелестная женщина! И какая несчастная. Страшно подумать, что эта обворожительная дама рассталась с жизнью в самом расцвете молодости и красоты. Ужасная и загадочная судьба…
Вика вспомнила, как странно вел себя Николай в коломенском доме. Сначала храбрился, а потом раскис. В общем, молодой человек произвел на нее приятное впечатление: внимательный, вежливый, не жадный. И поговорить с ним интересно. Пожалуй, она не против встречаться с ним. А рыжий старик Вике не понравился. Особенно взгляд – так и пронизывает насквозь.