Прощаясь, он задержал руку Тины в своей и пообещал звонить.
– Я ему отомщу! – сказала Тина.
– Кому? Сиуру? – удивилась Людмилочка. – Хочешь вызвать его ревность? Уж не с тем ли «упакованным» красавчиком? Как его… Марк?
Тина кивнула.
– Брось! Он Сиуру в подметки не годится.
– Что у тебя за выражения?
– Фольклор. Мудрость, которая созревала веками.
– Сама не знаю, что со мной происходит, – вздохнула Тина. – Истерика…
Глава 21
В электричке было холодно. За окнами проносились белые поля, лес, речушки, скованные льдом. Переполненный вагон постукивал и скрежетал.
Вадиму это не мешало дремать. Он предпочитал набитый пассажирами общественный транспорт такси или собственному автомобилю. Машиной пользовался исключительно редко и всегда брал ее у владельца на время. Иными словами, угонял, а потом оставлял в каком-нибудь укромном уголке.
«В толпе легче затеряться», – наставлял он Никиту.
«Я тебя прошу, ничего не говори при Валерии…»
«Не учи ученого!»
Они ехали в Коломну. В подробности предприятия посвятили только Элину, рассчитывая на ее содействие.
В Москве вся компания остановилась у Никиты на Семеновской, в просторной и гулкой городской квартире. Из окон виднелась набережная.
Валерия рано улеглась спать, а Элина ходила от окна к окну, любовалась видом ночной Москвы в синеватом свете фонарей.
«Ты сможешь уловить мысли людей, которые находятся в Коломне, вот в этом доме?» – спрашивал ее Вадим, показывая сделанные им фотографии.
«Это далеко?»
Он кивнул.
«Наверное, нет, – пожала плечами девушка. – Когда далеко, у меня не получается. Кто там живет?»
«Бабка, что-то вроде прислуги, и рыжий старик, хозяин дома».
Элина закрыла глаза и замерла, представляя себе коломенский дом и его жильцов. Мужчины с нетерпением ожидали ее ответа.
Наконец она вздохнула и открыла глаза:
«Я их не чувствую. Может, они уже спят?»
«Конечно! – обрадовался такому объяснению Никита. – Мы просто забыли, который час!»
«Постойте… – Элина прислушивалась к чему-то, доступному только ей. – Кажется, старик курит…»
«О чем он думает?» – спросил Вадим.
Затея с чтением мыслей на расстоянии не внушала ему доверия.
«Ни о чем… или о дыме, запахе табака…»
«И все?»
Элина виновато кивнула. Она действительно ничего больше не уловила.
Теперь, погружаясь в дрему от монотонного перестука колес электропоезда, Вадим вспомнил ночной разговор. Никита ехал в другом вагоне – так они договорились.
Утро в Коломне выдалось розовым и холодным. Морозная дымка стояла над белыми садами и церковными маковками.
Никита шел по протоптанной в снегу тропинке, стараясь не отставать от Вадима. Глухая улочка тянулась под уклон – деревянные дома с резными наличниками, палисадники во дворах, покосившиеся заборы. Воздух был острым, с привкусом печного дыма. Каменный дом со склепом стоял чуть в стороне от дороги, в зарослях дикого сада. Красная крыша его ярким пятном выделялась на фоне неба, из трубы вился сизоватый дымок.
– Печку топят, – шепнул Вадим, доставая из сумки бинокль. – Черт! Окна занавешены, ничего не видно.
– Как думаешь, они дома? – спросил Никита. – И хозяин, и экономка?
– Экономка! – фыркнул Вадим. – Обычная бабка-пенсионерка, которая ведет хозяйство. Если не пошла на рынок, то дома.
– А что она обычно покупает?
– Хороший вопрос… – пробормотал Вадим, не отрываясь от бинокля. – Я и сам был немало удивлен. Пиво покупает, самый дорогой коньяк, сыр, шоколад, кофе, свежее мясо и много восточных сладостей. Интересный набор!
– Угу, – согласился Никита. – Ты что-нибудь видишь?
– Нет.
Никита все больше убеждался в том, что хозяин коломенского дома именно тот, о ком он думает. Изможденный вид и немощное тело – обманка, на которую клюют простодушные люди. Нужно сосредоточиться и проникнуть внутренним взором сквозь каменные стены…
– Опусти свой бинокль, – сказал он. – И стой молча, не отвлекай меня.
– Собираешься мысли читать? Как Элина? – усмехнулся Вадим.
– Пробовал. Без толку! Хоть бы разглядеть расположение комнат…
– Я бы лучше хозяина с прислугой из дома выманил, залез внутрь и обыскал там все как следует. Оно и привычней, и надежней.
Никита не стал спорить, он просто закрыл глаза и сразу очутился в темном коридоре, теплом и пыльном, с мягким ковром на полу. Горячая красная аура камня наполняла все помещения… Рубин здесь! Сомнения отпали. Никите казалось, что камень сам ведет его к своему вынужденному укрытию. Итак, где же он?..