Через некоторое время Миша очутился в исторической части города, где не было высоток, а стояли одно- двухэтажные здания, построенные в готическом стиле или в стиле импрессионизма. Вдруг в одном из окон роскошного особняка мелькнула знакомая головка, с гладко уложенными волосами. Миша вздрогнул, отвернулся и, делая вид, что рассматривает рекламный щит, запел:
-- Отзовись, красавица,
Не сиди во тереме,
Это мне не нравится,
Во каком ты гареме. (Последнюю строчку мальчик спел с вопросительной интонацией.)
Кто тебя пленил?
Кто тебя захватил?
Выходи на свободу,
Мы пойдем на природу! - и Миша, насвистывая, пошел дальше, но, отойдя недалеко, спрятался и стал ждать. Вскоре раздался ответ:
-- Ах, я горемычная!
Турок полонил меня,
Посадил во тереме,
Бережет, как сноп огня.
Стража крепкая
Стережет меня,
Нет ни выхода,
Ни лазеечки.
Завтра кончится свобода,
Не увижу я народа.
Свет закроется решеткой,
Буду я за ней сидеть!
Не хочу я быть под турком,
Быть супругой не хочу!
Словно птица к милу другу
Я на Родину лечу!
Миша, услышав это, обезумел от горя. Как, Яна станет женой турка! Завтра, уже завтра закроется окно, единственный выход, который можно использовать, минуя стражу. Правда, есть еще забор, но, если принести с "Авроры" лестницу, Яна сможет выбраться на улицу. Мальчик вдруг вспомнил, кого ему напомнил мэр: ту важную персону, которая ехала на белом коне! "Сегодня ночью, только сегодня, надо действовать!" - подумал Миша и пропел:
-- Темной ноченькой казак
Выручал дивчину,
Он украл ее с дому
По ее почину.
"Будь готова, милая,
В эту ночь," - он пел.
Дальше Миша не смог придумать и поэтому допел последние две строчки на "ла-ла-ла", постепенно удаляясь от дома мэра.
Алексей, увидев растрепанного, красного, с запачканной одеждой мальчика (Миша бежал всю дорогу), понял, что что-то произошло.
-- Я ее нашел! Сегодня ночью! Спасать! Лестницы! - выпалил Миша.
-- А теперь отдышись и давай по порядку, - предложил семинарист, усаживая мальчика на скамейку.
-- Я шел, а тут... В общем, Яна понравилась сыну мэра, и тот захотел взять ее в жены, либо сделать наложницей. Она находится под стражей, мэр охраняет ее, как зеницу ока. Окно комнаты, куда поселили девочку, выходит на улицу, но завтра его закроют решеткой! Действовать надо сегодня и только ночью.
-- Да, но как? - недоуменно отозвался Алексей.
-- О, я уже все продумал! - живо перебил Миша.
Совещание кончилось тем, что вечером друзья Яны вышли на улицу, переодетые рабочими, неся на плечах деревянную лестницу, и направились в сторону дама мэра.
--Так, еще чуть-чуть и она достанет до окна, - пыхтел Миша через несколько минут, подталкивая лестницу. Яна стояла в комнате, готовая принять ее, укрепить на подоконнике и перебраться через двор.
Стояла лунная безветренная ночь, и весь двор был залит матовым красноватым сиянием. Воздух был настолько чистый, казалось, протяни руку - и дотронешься до него. Было тепло и душно, как и во все летние ночи в южных странах. Нигде не доносилось ни шороха.
Вдруг послышались шаги за забором. Миша замер. "Сейчас увидят лестницу, Яну и..." Казалось, время замерло от ужаса. Но ожидаемого крика все не раздавалось, и вскоре все стихло. Миша и Алексей продолжили работу.
Через минуту Яна ухватилась за верхнюю перекладину и подтянула лестницу к окну. Вдруг наши герои с ужасом увидели, что лестница шире, чем рама и не проходит в окно. Алексей, губы которого бесспрестанно шептали слова молитв, обреченно развел руками:
-- Все пропало! Придется возвращаться ни с чем.
Миша, бросая отчаянные взгляды на окно, стал вытягивать лестницу обратно. Яна закрыла лицо руками, но вскоре, перестав плакать, стала смотреть на своих неудавшихся спасителей глазами, полными тоски и ужаса. Все понимали, что , если не произойдет чуда, то завтра (нет, уже даже сегодня) девочка окажется во власти турка, человека другой религии и других понятий о марали и долге.
Понурые путешественники пустились в путь, а Яна, проводив их взглядом, бросилась на кровать и отчаянно зарыдала. Она уже не боялась разбудить своих стражей и старуху, приставленную ухаживать за ней. Девочке было все равно, ей даже захотелось, чтобы они проснулись, увидели ее в дорожном платье, узнали о неудачном побеге и убили несчастную пленницу. Нарыдавшись, Яна уснула прямо в одежде.
Глава 16
Яна открыла глаза и не поняла, где она находится. Девочка стояла перед какой-то глубокой мрачной ямой, откуда не доносилось ни звука. Внутри стояла непроглядная мгла. Вокруг все было серым, казалось, что вокруг девочки сплошной туман, такой плотный, что его можно потрогать рукой.